Каждая нация насмехается над другой, и все они в одинаковой мере правы.
Opеrаri данного человека с необходимостью определяется извне мотивами, изнутри же — его характером, поэтому все, что он делает, совершается необходимо.
Каждая нация насмехается над другой, и все они в одинаковой мере правы.
Opеrаri данного человека с необходимостью определяется извне мотивами, изнутри же — его характером, поэтому все, что он делает, совершается необходимо.
В этом и заключается сила истины: её победа трудна и мучительна, но зато, раз одержанная, она уже не может быть отторгнута.
Нации — это богатство человечества, это обобщённые личности его; самая малая из них несёт свои особые краски, таит в себе особую грань Божьего замысла.
Самостоятельность суждений — привилегия немногих: остальными руководят авторитет и пример.
Тот, кто придает большую ценность людскому мнению, оказывает людям слишком много чести.
(Кто придает большое значение мнению людей, делает им слишком много чести.)
Когда я слушаю музыку, мне часто представляется, что жизнь всех людей и моя собственная суть сновидения некоего вечного духа и что смерть есть пробуждение.
При предположении свободной воли всякое человеческое действие было бы необъяснимым чудом — действием без причины.
Признание строгой необходимости человеческих поступков — это пограничная линия, отделяюшая философские умы от других.