– Никогда не переставай читать мои мысли и желания.
– О! Обычно это совершенно не сложно!
– Ты же не пытаешься меня сейчас смутить?
– Никогда не переставай читать мои мысли и желания.
– О! Обычно это совершенно не сложно!
– Ты же не пытаешься меня сейчас смутить?
– Да, кстати! Очень волнующий меня вопрос. Это так странно! Ты производишь впечатление умиротворенного человека.
Джорди широко улыбнулась:
– Все дело в том, что это всегда мой выбор. Примерно так: ОК, ну все, я выхожу из себя! При этом я продолжаю чувствовать себя в полном согласии со своим миром, или как ты говоришь, умиротворенно. Просто гнев и ярость – это средства выражения себя и доказательства своей невиновности что ли, когда все другие аргументы исчерпаны. Хотя это же является и моментальным признанием обратного.
Она хотела бы ни о чем не думать – просто лежать и блаженствовать. Мысли – настоящий бич. Только поддайся им – затянут в воронку, из которой не выбраться.
– Если бы в моей молодости кто-то улыбался во сне при звуках моего голоса, мне было бы всё равно, какого он пола, – сказала Эрика.
– Что? – возмутилась Оливия. – Теперь ты уже на её стороне?
– На твоей стороне скучно, дорогая моя девочка, – ответила Эрика.
Если ты действительно хочешь чего-либо, вся Вселенная старается помочь тебе в этом. Я могу рассказать вам миллионы случаев, когда вещи действительно случаются именно тогда, когда уже нет мыслей думать об этом.
– Не надо плакать. Жизнь продолжается.
– Нет, Барбара. Жизнь не продолжается. Жизнь заканчивается, а затем начинается заново. Все по новой. Радоваться, смеяться, есть, дышать, все заново.
Из моих попыток синтетически образовать сновидение из мыслей, лежащих в основе его, я знаю, что материал, получающийся при толковании, обладает различной ценностью. Одну часть его образуют существенные мысли, которые, таким образом, вполне замещают собою сновидение и могли бы служить его полной заменою, если бы для сновидения не существовало цензуры; другую часть можно объединить под названием коллатеральных мыслей; в целом они представляют собою пути, по которым реальное желание, проистекающее из мысли, переносится в желание, имеющееся в наличии в сновидении.
– Почему ты уходишь?
– Потому что не могу больше радоваться. Мне стала нужна причина. Но радоваться по причине очень тяжело.
– Но я тоже не смогу без тебя радоваться.
– Сможешь. И я смогу. Я для того и ухожу, чтобы найти ее опять, и чтобы она снова ни отчего не зависела. Чтобы мне было, что отдать тем, кого я люблю.
– Мне с тобой хорошо, потому что ты любишь меня или потому что я нахожусь в твоём мире, который ты любишь? – вдруг спросил он очень серьёзно.
И Джорди поняла, что всё это время он думал над её словами. Она повернула к нему голову и ласково улыбнулась.
– Наверное, и так и так. С одной стороны, тебя невозможно не любить. А с другой стороны, мой мир дает мне силы видеть в людях то хорошее, за что ими можно восхищаться.
– А у меня есть свой мир?
– Он есть у каждого, – ответила Джорди. – Тебе ведь почти всегда весело и радостно?
Микки кивнул головой, глядя на девушку так, будто та рассказывала ему сказку.
– Это значит, что твой мир с тобой. И он заботится о тебе.
– А он всегда будет заботиться обо мне?
– Да. Ведь этой твой мир. Он всегда будет таким, каким ты захочешь.