Злой человек и в богатстве живет неправедно.
Благочестие настоящее состоит не в том только, чтобы не делать зла, но чтобы и не помышлять о нём.
Злой человек и в богатстве живет неправедно.
Благочестие настоящее состоит не в том только, чтобы не делать зла, но чтобы и не помышлять о нём.
Иногда богаче нищий, тот, кто не успел скопить.
Тот, кого уже никто, нигде, ничем не держит...
Дурное и хорошее — их нет. Есть то, как мы решим назвать их сами.
(Нет ничего, что было бы хорошим иль дурным — но делает его сознанье таковым.)
Гордится зло могуществом своим
И тем, что большинство смирилось с ним,
Но разве мы с тобой себе простим,
Когда мы злу урока не дадим?
Если всегда будешь начеку, если перестанешь верить собственным глазам и ушам, если на каждую хитрость у тебя найдется ответная, никто не причинит тебе зла.
Жизнь так устроена, что то, что мы называем Злом,
поистине вездесуще, хотя бы потому, что прикрывается личиной добра. Оно никогда не входит в дом с приветственным возгласом: «Здорово, приятель! Я — зло», что, конечно, говорит о его вторичности, но радости от этого мало — слишком уж часто мы в этой его вторичности убеждаемся.