— Я всё же хочу... Я хочу остаться в живых.
— Ты только думаешь, что хочешь. Жизнь для тебя — привычка.
— Я всё же хочу... Я хочу остаться в живых.
— Ты только думаешь, что хочешь. Жизнь для тебя — привычка.
— Иногда очень трудно допустить, какой разочаровывающей бывает жизнь. Но это так и с этим приходится мириться. Со временем, уповая на веру и не переставая трудиться, наступает пора... когда разочарование перестаёт причинять боль и жить становится легче. Гораздо легче. Что, кстати, тоже является своего рода разочарованием.
— Я не знаю, если умереть — это значит поступить более смело... Но я узнаю свою привычку. Свою страсть к желанию жить. Мы живём, минуя надежду. Но сумей я разыскать надежду хоть где-нибудь — этого хватит и большего мне не надо. Я хочу ещё жизни.
— Болеть в Америке противней всего, потому что тебя отстраняют от парада. Больные американцам не нужны. Взгляни на Рейгана: он такой здоровый, он просто не человек, ему, без малого, сто лет, он получает пулю в грудь, а через два дня он уже где-то на западе, катается на пони в пижаме.
Следовательно, руководителем в жизни является не разум, а привычка. Лишь она понуждает ум во всех случаях предполагать, что будущее соответствует прошлому. Каким бы легким ни казался этот шаг, разум никогда в течение целой вечности не был бы в состоянии его совершить.
Самая пагубная привычка почти каждого человека – это захламление своей жизни ненужными вещами, мыслями, действиями и отношениями.
К убийствам привыкаешь. Никто не утверждает, будто убийство — единственное, к чему привыкаешь. Это было бы наверное и даже глупо. Привыкаешь чистить зубы. Принимать ванну. Изменять. Ходить в кино. Даже жить, если человек согласен на унылую жизнь. Но к убийству привыкаешь основательно.
— А если Бог вернётся, ведите его в Суд. Он ушёл от нас. Он обязан расплатиться за это.
Нет мира, кроме тех,
К кому я привык.
И с кем не надо нагружать язык,
А просто жить рядом
И чувствовать, что жив.