Дни легко упустить,
Их потом не воротишь.
Вон и старость бредет
Не за дальней горою...
Но как прежде желанья
О подвиге ратном
Лишь напрасно рождаются
В сердце героя.
Дни легко упустить,
Их потом не воротишь.
Вон и старость бредет
Не за дальней горою...
Но как прежде желанья
О подвиге ратном
Лишь напрасно рождаются
В сердце героя.
— …час волка?
Дубинский кивнул.
— Так Прежние называли время, когда человек становится старым, одиноким и никому не нужным — друзья умерли, работа, к которой привык, стала уделом других, дети выросли… время подвести итог и… умереть.
Так уж бывает в жизни – одно за другим, время летит, и не поймешь уже, старый ты или еще молодой.
— Меня спасло и взбодрило сознание стариковского величия! Старик не может не быть счастливым. Ну по суди сам — страстей нет, желаний нет, остаётся мудрость и знание жизни.
— Что ж хорошего, если нет желаний?
— А на кой они мне? Когда всё знаешь о мире, невозможно любить женщину. И дело не в физиологии, а в отсутствии всяческих тайн! Но чёрт возьми, жить без тайн невозможно!
Как несправедливо обошлось с ним время, пронеслось так быстро, нагромождая на него год за годом скорее, чем он успевал распорядиться ими.
У меня до сих пор хранятся эти камни, и я часто верчу их в руках, думая о том, сколь многого может добиться человек, если у него есть время и желание.