– Гамлет держит в руках череп Йорика… Он видит, во что превратился его друг за двенадцать лет гниения под землёй. Вот почему он так опечален. Вот почему…
– Кто, Йорик?
– Нет, тупица! Гамлет.
– Гамлет держит в руках череп Йорика… Он видит, во что превратился его друг за двенадцать лет гниения под землёй. Вот почему он так опечален. Вот почему…
– Кто, Йорик?
– Нет, тупица! Гамлет.
– Знаешь… Обожаю китайскую кухню… Одно только плохо.
– Через двадцать минут снова хочется жрать?!
– Ха-ха-ха! Откуда ты знаешь?
Он огорчился, что такие вещи его, оказывается, радуют. Но еще через секунду обрадовался, что, оказывается, способен огорчаться тому, что не тому обрадовался.
— Господа коммерсанты, музыканты, балетоманты!
— Не балетоманты, а балотоманы.
— Балетоманы, музыканы...
Я обожаю наблюдать вот эти пары — мама и её подросток. Это всегда карнавал неловкости и подавленная подростковая агрессия. Мы же именно поэтому никогда не любили с родителями ходить за покупками, потому что, вспомните: мы шли на рынок с желанием купить себе крутую косуху с балахоном, а тебе покупали качественный белорусский пуховик, который, самое главное, попу прикрывает и твои перспективы с девушками на ближайшие десять лет, потому что брали на вырост, а ты так и не вырос.
Почему-то наличествующего президента терпеть не могут все. И бывшего терпеть не могли. И будущих тоже не смогут. Но желают своим близким, чтобы те стали президентами. Откуда это?