Люди ассоциируют меня с тем временем, когда фильмы были приятны, когда женщины в кино носили красивые платья, и играла прекрасная музыка. Обожаю, когда люди пишут мне, чтобы сказать «У меня было ужасное настроение, я зашёл в кино, посмотрел один из Ваших фильмов, и всё изменилось».
Люди гораздо больше, чем вещи, нуждаются в том, чтобы их подобрали, починили, нашли им место и простили; никогда никого не выбрасывайте…
Аля многозначительно смотрит мне в лицо, не мигая. В ее глазах страх и тревога. Отходит от меня, закуривает. Стоит столбиком, не шевелясь, подняв плечи, как бы закрывая себя от мира
В соснах ветер немолчный,
светел облик луны в воде.
Здесь отсутствие тени,
да и вещи самой здесь нет.
Так и тело людское
неотлично от тел других:
Мы в пустотных пустотах
ищем отзвука в лад себе.
Люди становятся хуже... даже святые и герои. Этого нельзя предотвратить. В этом наше спасение.
Думаю я, глядя на собрата —
пьяницу, подонка, неудачника, —
как его отец кричал когда-то:
«Мальчика! Жена родила мальчика!»
Наверное, можно сказать, что человеческое «я» делится как бы на две половины — внешнюю и подсознательную, то, что находится в глубине. Это своего рода «черный ящик». Некоторые люди видят свое жизненное предназначение в том, чтобы доискаться до истины и открыть этот «ящик». По-моему человек должен сделать одновременно две вещи: открыть «черный ящик» и усвоить, впитать в себя его содержимое.
Одиночество духа гораздо страшнее одиночества тела, которое можно насытить каким-то эрзацем, тогда как душа признает только подлинник.
Мы глотаем отраву.
Мы живём второпях.
Нам досталось по праву
право сдохнуть в цепях.
Cлайд с цитатой