Сюзанна Кейсен. Прерванная жизнь

Меня спрашивают: как ты туда попала? На самом деле, им хочется знать, а не может ли случиться с ними подобное. Я не могу ответить на этот скрытый вопрос. Я могу сказать лишь одно: это не трудно.

9.00

Другие цитаты по теме

Двадцать таблеток аспирина, легкий надрез вдоль набухшей вены или хотя бы паршивые полчасика на краю крыши… у каждой из нас имелось нечто в подобном стиле. И даже частенько более опасные случаи, хотя бы всовывание себе в рот пистолетного ствола. Только вот, тоже мне дело: суешь ствол в рот, пробуешь его на вкус, чувствуешь, какой он холодный и маслянистый, кладешь палец на курок, и вдруг перед глазами у тебя раскрывается огромный мир, распростирающийся между именно этим мгновением и тем моментом, когда ты уже нажмешь на курок. И этот мир тебя покоряет. Ты вытаскиваешь ствол изо рта и вновь прячешь пистолет в ящик стола. В следующий раз нужно выдумывать чего-нибудь другое.

Ложка жизни, две ложки жизни. Старая, помятая, выщербленная, жестяная ложка, до краёв заполненная чем-то, что должно бы быть сладким, но на самом деле, переполненным горечью, чем-то, что минуло и ушло, и чего мы даже не успели испробовать — нашей жизнью.

Улыбнись, и весь мир засмеется с тобою, заплачь, и плакать будешь только ты сама.

Таким же образом убивали они время; медленно, отрезая секунды одну за другой, выбрасывая их кратким писком в мусорную корзину.

Уже близился полдень, во время ланча плач так и не прекратился.

— Это плачет Полли, — сообщила Лиза, которая обо всём всё знала.

— Почему?

Но этого не знала даже Лиза.

— Выпивка и секс. Вот что погубило твоего дядю — выпивка и секс.

— Верно. Он не мог получить ни того, ни другого, потому и застрелился.

Лучше жить в свое удовольствие, чем кончать с собой.

— Нацеди-ка мне в этот сосуд немного смерти...

— Пожалуйста!

— Что это?

— Это кура́ре.

— Возьмет ли меня кураре?

— Ну об чём разговор?

— Как оно действует?

— Сначала Ваша нижняя челюсть отвиснет, потом закатятся глаза и изо рта выйдет роскошная фиолетовая пена...

— Довольно! Я не хочу мучений. Соломон, дай мне смерть лёгкую... лёгкую, как поцелуй сестры!

— Тогда я Вам посоветую хорошую селёдочку с луком.

— Дурак ты, Соломон, и шутки у тебя дурацкие!

О, с каким удовольствием я утопился бы, не будь вода такой холодной!

В Степину душу мелкими дозами поступало то чувство, с которым самоубийца-оптимист шагает из окна в лучший мир.