Иосиф Александрович Бродский

Другие цитаты по теме

Когда ветер окончательно разогнал тучи, они пошли к тележке, и скинули полиэтилен, и взяли одеяла и все необходимое для сна. Поднялись на вершину холма и устроились на сухой земле под выступом, а после он сидел, обняв мальчика, стараясь его согреть. Закутавшись в одеяла, смотрели, как надвигается непроницаемая темнота. Силуэт города растворился в ней, будто привидение, и он зажег маленький ночник и поставил его с подветренной стороны. Потом они спустились к дороге, и он взял мальчика за руку, и они пошли на другой склон холма, где дорога добиралась до самого верха, откуда еще можно было разглядеть погружающуюся во мглу местность к югу. Долго стояли в своих одеялах на ветру в надежде увидеть свет костра или лампы. Ничего. Только тусклое пятно света их ночника. Затем вернулись обратно. Костер не разжечь — все отсырело. Пришлось съесть скудный ужин холодным и улечься, пристроив лампу между собой. Он захватил книжку для мальчика, но тот слишком устал.

— А можно, лампа погорит, пока я не усну?

— Конечно можно.

Солнце

путается в волосах,

и день на радужке

приобретает немыслимый силуэт,

будто город — уже не город,

а явный точный

сон, воссозданный

вместо бетонных стен.

Вероятно, она спала, а сон — это самая далекая страна, какая существует на свете; он не то чтобы так думал, а ощущал: покуда она спала, ее не было в этом городе.

В этом городе я мимоходом.

Я чужой. И прошу об одном.

Меня усыпили сказкой...

а был я разбужен сном.

Расскажите,

разносчики сказок,

расскажите мне просто сон,

не мираж, не заклятье — сон,

не прошу я волшебных марев.

Расскажите мне просто хороший сон -

без сетей,

без цепей...

без кошмаров...

Вы знаете, сны, как сказал один мой в некотором роде знакомый, — это в общем как... «облака, проплывающие в ночном окне»...

В час, когда фонари в фиолетовой мгле м-м-м,

Цедят свет над ночной мостовой,

Снятся сны вам о влажной весенней земле м-м-м,

О долинах заросших травой.

Может быть как никто понимаю я вас о-о-о,

Потому что, устав на бегу,

Проклинал этот город я тысячу раз м-м-м,

А покинуть вовек не смогу.

И веки смыкая, и ввысь отпуская сны,

Где нет ни печали, ни радости, ни весны,

Она пролетала над бедами и травой,

А город под ней был неведомый и живой.

Любой город, как живой организм, обладает венами и артериями. Это улицы. А наполнение их – кровь города, его обитатели. Направление потоков всегда определенно и полезно.

Утром люди несутся на работу, заполняя артерии и средства транспорта, днем неработающие и работающие ходят по магазинам, вечером по венам стекаются к своим жилищам, а потом порой покидают их снова, совершая вылазки в кино или на дискотеку.

Да, бывают страшные сны. И просыпаясь, ты лишь облегченно вздохнешь под стук разбушевашегося сердца и постарашься или быстрее отогнать напугавшее видение, или некоторое время размышлять, что это могло значить, пока оно само не сотрется из памяти. Но бывают сны настолько счастливые, что душа и тело ликуют от захватывающего, светлого, поднимающего над миром чувства. И когда тебя вырывают из этих объятий счастья и кидают на землю серой, будничной реальности, хочется вновь закрыть глаза и молить только об одном: «Как я хочу там остаться навсегда!»

— Слушай, Виктор, ты брось возиться! Мне всё равно, как спать. Я могу ночевать хоть на гвоздях.

— Нет, милая моя, это ты брось! Где я тебе среди ночи гвоздей достану?!