Она не верила, что можно влюбиться вот так – сразу, нырнуть с головой в неизвестность, при этом радоваться, что не видно дна.
Страх темноты имеет свои корни и логически вполне объясним. Большинство преступлений совершается в темное время суток. Отсюда складывается стереотип: темнота таит опасность. И поэтому совершенно нормально бояться темной подворотни, где, возможно, тебя подстерегает злодей.
Он боялся признаться, что любит ее. Да и как признаться в том, чего он никогда не испытывал. Он мог надолго исчезать из ее жизни, не звонить, не приходить. Она страдала. Боль передавалась и ему. Тогда он понял, что больнее смерти может быть боль любимого человека, и от такой боли тоже можно умереть...
Когда возводишь на пьедестал любовь к мужчине, тебе самой уже не остается там места и приходится либо балансировать на самом краю, либо пятиться. В любом случае падение неизбежно. И чем выше возведен пьедестал, тем больнее падать, тем катастрофичнее последствия.
Довериться красивому мужчине — все равно, что войти в клетку с голодным тигром. Удовольствие от созерцания будет коротким, а боль от острых клыков не забудется никогда.
Память необходима, чтобы удержаться от новых ошибок. За необдуманными поступками следует расплата – невозможность изменить совершенное. И как следствие – бесконечное сожаление. И если даже хочется о чем-то забыть, делать этого никак нельзя. Память – наш плот из сладких свершений и горечи потерь, радостных встреч и неизбежных прощаний, головокружительных взлетов и болезненных падений. Пока мы помним – мы живем.
Я ещё не смею прикоснуться к мечте,
Кажется, что это только сон,
Юная богиня в белоснежной фате,
Девочка, в которую я влюблён.
Для саламандр огонь — приют всегда,
Для птицы — воздух, а для рыб — вода.
Земля покой дарует человеку,
Творенье увенчавшему от века.
Лишь я, рождённый для жестоких мук,
Несу во все стихии свой недуг:
Глаза всегда полны водой солёной,
Уста шлют непрестанно в воздух стоны,
Стопами землю мерю день за днём,
Объяты сердце и душа огнём.
— Так я был прав насчет вас с Евой?
— Нет! Но почему ты так подумал?
— Ты ни на кого не смотрела так, как на нее. Будто и не думаешь пырнуть ножом.
Он по уши влюбился в Амбер, но на этот раз с нашего «гуся» не просто «стечет вода». Более того, на этот раз охотница ранила гуся, и он в полной растерянности, потому как ему снесло полбашки, и он застыл на берегу пруда, пошатываясь на слабеющих лапках. Посмотришь — гусь как гусь. А приглядишься — труп.
Утрата почвы под ногами всем к лицу, лучшее омолаживающее средство в мире и без пяти минут приворотное зелье.
Cлайд с цитатой