Пока ты рядом с этим мальцом, смерть к нему не подступится.
Острое отвращение к смерти, сильное чувство родства, внутренней причастности к государю превращали его смерть в событие, которое поистине потрясало душу.
Пока ты рядом с этим мальцом, смерть к нему не подступится.
Острое отвращение к смерти, сильное чувство родства, внутренней причастности к государю превращали его смерть в событие, которое поистине потрясало душу.
— Если бы я служил Богу так хорошо, как королю, Бог не оставил бы меня умирать здесь.
— Слава Богу, вы умираете здесь. Король бы вас послал умирать в Тауэр.
Берен. С малым отрядом людей и эльфов. Но Волчьем Острове. О, безумец! И вместе с тем она ощутила странное облегчение. Значит, Берен все же не предал своего Короля. Значит, он остался прежним Береном, верным и в дружбе, и в любви, верным до конца...
... До самой смерти.
Лишь верность уцелеет в день печали,
А в ней ты никому не отказал.
Тому, что гибло, мы лишь сострадали -
Но ты спасти от гибели дерзал.
Сказать — задумалась о чем?
В дождь — под одним плащом,
В ночь — под одним плащом, потом
В гроб — под одним плащом.
— Я умираю, Айви. Если ты... Если ты останешься со мной, ты будешь смотреть как я увядаю. Это будет только хуже.
— И ты думаешь, я этого не знаю? В смысле, за кого ты меня принимаешь? За какую-то поверхностную дрянь? Я хочу быть с тобой. Хочу. Хочу быть с тобой... Вместе со всем этим. В горе и в радости, и, я... Я хочу быть рядом... Понимаешь, до самого конца, если дело дойдет до этого. Я имею в виду... Я люблю тебя.
Нет ни одного человека, ни одного живого существа, кто бы не вернулся после смерти. Прежде чем мы оказались здесь, мы умирали много раз. И то, что мы называем рождением, это просто обратная сторона смерти, как одна из двух сторон монеты или как дверь, которую, находясь снаружи, мы называем «входом», а находясь в комнате — «выходом».