Я бы хотел увидеть две перемены в киноиндустрии. Систему дележа прибыли на понедельной основе нужно отменить вообще. Второе — нам нужно лучше ценить наших сценаристов и платить им больше.
Иногда свет настолько ослепительный, что это все, что ты можешь видеть. Иногда темные облака поглощают тебя, и, кажется, что небо никогда не будет ясным. Но когда солнечные лучи пробиваться сквозь дождь, приходит горьковато-сладкая радуга.
Они эволюционируют, как им и положено. А ты останешься на месте. Ты заставила себя не меняться — и что же в этом для тебя хорошего?
Я хотел бы изменить свой возраст. Быть бы хотя бы на 20 лет моложе. Хотя что это даст — через 20 лет опять будет то же самое.
— Вы вообще были с ней когда-нибудь близки? — спросила Ася, громоздя себе на тарелку большой кусок.
— Да, позавчера мы сидели с ней рядом в кино.
Ася чуть не подавилась.
— Что, и без секса?
— Зачем секс? Что я, дурак — Настю на эротику водить? Я её на приличный фильм повёл, на исторический.
Реалии рынка меняются. И если раньше деньги были в комедиях, эксплуатировали комедии. Потом начали эксплуатировать боевики. Вдруг встрельнули ужасы. Начали эксплуатировать ужасы. Теперь оказалось, что эксплуатировать человеческую драму тоже выгодно. И при этом критики будет куда меньше, потому что, как ни крути, подобное кино вышибает эмоции, но не за счёт художественных приёмов, а за счёт напирания на реальность показанного. Но это всё та же эксплуатация с вымоганием эмоций у зрителя.
Cлайд с цитатой