Oi… Что это было? Не пугайте меня, ребе… У меня жена на седьмом месяце, беременных нельзя пугать. Molchem booilem boit! Могут быть преждевременные роды.
Младший Зборовский, усевшись по-турецки, играл на губной гармонике с большой охотой, но без особого умения.
Буржуи, — заметил Пех, — везде одинаковые. Хоть в Париже, хоть в Берлине, хоть в Варшаве. — И демонстративно заткнул себе нос: — Во всех странах мира от них одинаково смердит!
Зося осторожно отдернула руку.
— Ты больше не любишь меня.
— Как ты можешь так говорить? Почему?
— Потому что ты несчастлив. Если кого-нибудь любишь, ничто не может сделать тебя несчастным.
— Что они делают?
— Не знаю. Может, думают, может, писают.
— А ты что делаешь?
— Я тоже...
— Думает?
— Не думаю.
— Как бы то ни было, ты знаешь эту девушку три года. Она убийца?
— И да, и нет.
— Конкретнее.
— Да — потому, что она попросила меня изменить показания в её пользу.
— Я не убивала его!
— А нет — не такое конкретное. Если девушка беременеет, её первая реакция — женить на себе мужчину, а не убить его. Ребёнку нужен отец. А мёртвый отец — не вариант.
— Глупости! Я не беременна. Девушка может забеременеть только одним способом, а мы к нему не прибегали.
А Женя ему и говорит: «Митя, я не боюсь, потому что у тебя есть рога. И следовательно, ты — не хищник...»
Спокойно, в этом мире нужно бояться только одного. Жуликоватых торговцев недвижимостью.
Cлайд с цитатой