Земной перрон.
Не унывай и не кричи.
Для наших воплей он оглох.
Один из нас уехал в рай,
Он встретит бога
— ведь есть, наверно, бог.
Ты передай ему привет,
А позабудешь
— ничего, переживем.
Осталось нам немного лет,
Мы пошустрим и,
как положено, умрем.
Вот и сбывается все, что пророчится,
Уходит поезд в небеса — счастливый путь!
Ах, как нам хочется, как всем нам хочется
Не умереть, а именно уснуть.
В какой день недели, в котором часу
Ты выйдешь ко мне осторожно,
Когда я тебя на руках унесу
Туда, где найти невозможно.
Прощаясь, мы пожали друг другу руки и, странно, жест этот оказался куда более нежным и интимным, чем возможные объятия.
Если друг, в слезах, быть может,
Льдистым саваном обвив,
В черный гроб меня положит -
Знайте: я, как прежде, жив!
Если колокол застонет -
Смерти страх, ее призыв,
И мой гроб в толпе потонет -
Знайте: я, как прежде, жив!
Кто не горел — не возродится.
Кто не тонул — не осознал,
Насколько воздух мира сладок.
Кто не боролся — не поймёт,
Насколько нужен день покоя.
Что неизменно — не живет.
Бессмертный пепел, что не может
Бороться, рушить, созидать.
Жить хорошо, но безусловно,
Когда-то нужно умирать...
Мне не страшно в клетку, страшно умирать,
Но всё равно мы любим эти улицы.
С их черно-белой гаммой, в которой мы
Сжигаем себя ради этих улиц и
Продолжаем ночами видеть цветные сны.
Cлайд с цитатой