Альбер Самен

Под вечер смутная душа моя близка

Туману зимнему – холодному, седому.

Насупилась под стать заброшенному дому,

Где липнет плесенью животная тоска.

Вихрится мысль, пьянит и падает, и дразнит,

Снует танцовщицей, что вечно под хмельком,

Не видеть бы людей, не думать ни о ком!

От скуки будничной в зубах гадливость вязнет.

В надлобье пустота заухала совой,

И сердце, вялое, как плеск береговой,

Зашлось, спеленуто листвою малодушной.

А в зеркале зрачков, как в небе огневом,

Вздымает купола восточный город душный,

Прекрасный варварским закатным торжеством.

Другие цитаты по теме

Пряный вечер. Гаснут зори.

По траве ползет туман.

У плетня на косогоре

Забелел твой сарафан.

В чарах звездного напева

Обомлели тополя.

Знаю, ждешь ты, королева,

Молодого короля.

Второй вечер сиял. Насколько тосклив был первый, настолько ослепителен второй. Потому что в тот вечер мы предавались волшебным грезам. Ты еще помнишь, как я зашел за Тобой? Вечернее солнце бросало прощальные лучи на колокольню, играя на циферблате и стрелках золотых часов. Неторопливой волшебной походкой Ты шла мне навстречу – о, как я люблю Твою походку! Вечерняя заря неповторимо прекрасного дня бросала блики на Твои волосы, устилала нежным сиянием дорогу под твоими ногами. Снова в опускающемся вечере зазвучали мелодии – старые песни и мотивы. И затихающие звуки неожиданно рождали отклик в моей душе…

Ива склонилась и спит.

И кажется мне, соловей на ветке...

Это её душа.

День утомленный лег и размяк

в душных кирпичных гнездах.

А вечер поспешно напяливал фрак,

черный,

в серебряных звездах.

Ишь, разошелся,

темнеет

и ну...

зовет черноокую ночку.

Тоже пижон,

а такую луну

забыл разорвать на сорочку...

А ночь отдавалась...

расстегивал медленно

бледный рассвет.

Когда же, нежно обласкав,

он обнажил ее жестоко,

она лежала в облаках

губами алыми к востоку.

Девушка, открывающая душу и тело своему другу, открывает все таинства женского пола.

Душа моя затосковала ночью.

А я любил изорванную в клочья,

Исхлёстанную ветром темноту

И звёзды, брезжущие на лету

Над мокрыми сентябрьскими садами,

Как бабочки с незрячими глазами,

И на цыганской масленой реке

Шатучий мост, и женщину в платке,

Спадавшем с плеч над медленной водою,

И эти руки, как перед бедою.

Подумай, человек! Тебе ли одному

Дарована душа? Ведь жизнь – всему начало.

Ты волей наделён, и сил в тебе немало,

Но миру все твои советы ни к чему.

Узрев любую тварь, воздай её уму:

Любой цветок душой природа увенчала,

Мистерия любви – в руде, в куске металла.

«Всё в мире чувствует!» Подвластен ты всему.

И стен слепых страшись, они пронзают взглядом,

Сама материя в себе глагол таит...

Её не надо чтить кощунственным обрядом!

Но дух божественный подчас в предметах скрыт;

Заслоны плотных век – перед незримым глазом,

А в глыбе каменной упрятан чистый разум.

... И с этого неотправленного письма начались многие беды в ее жизни... Впрочем, только ли беды? Ведь вместе с бедами незаметно подкралась и любовь — такая странная, порой похожая на ненависть, изгоняемая, истребляемая, но все равно неодолимая, опалившая душу огнем...

Необязательно разбираться в музыке, чтобы попасть под ее очарование. Так действует на нас любое искусство. Оно затрагивает нашу душу.

... твоя душа принадлежит только тебе. Сделай из неё то, что ты хочешь. Все мы, каждый, создаём себя сами. И в конце жизненного пути мы преподносим наши души нашим Покровителям, словно ремесленник — творение своих рук.