Гюстав Флобер

С тех пор, как мы признались, что любим друг друга, ты постоянно спрашиваешь себя, — почему я не решаюсь прибавить «навеки». Почему? Потому что я угадываю будущее и потому что вообще склонен к антитезам. Всегда, когда я вижу ребенка, то думаю о том, что он состарится; когда я вижу колыбель, то вспоминаю о могиле. Когда я смотрю на женщину, мне представляется ее старческие мощи. Радостные картины наводят на меня грусть, а грустные мало меня трогают... Я слишком много страдаю в глубине души, чтобы еще проливать слезы; прочитанное волнует меня сильнее, чем действительные страдания.

Другие цитаты по теме

Самая главная проблема в жизни — это страдание, которое причиняешь, и самая изощрённая философия не может оправдать человека, истерзавшего сердце, которое его любило.

— Не уходите, не оставляйте нас. Я вам этого не прощу!

— Можете не прощать, я и сам себе не прощу этого. Если меня убьют, я посмеюсь над таким идиотом. Одно я знаю наверняка, я люблю вас, Скарлетт, хотите вы этого или нет, но я люблю вас. Потому что мы с вами родственные души, мы отступники, мы способны называть вещи своими именами.

— За что ты их наказываешь, Марвин?

За то, что они ведут себя не так, как мне хотелось бы. И ничему не учатся.

По общебуддийским представлениям есть три коренных яда, из которых возникают все страдания и заблуждения.

Неведение о своей природе.

Отвращение.

Привязанность.

Если верить ребятам, обладающим лишь поношенными халатами и гребаной уймой свободного времени, мы все отравлены. Это хорошая новость, полагаю. По крайней мере, не чувствуешь себя оторванным от человечества.

Под окнами признание на асфальте.

Пустое — кто-то по уши — а мне смывать его.

Прозрачный белый мел сохранит лишь случай,

Любые пошлости на стенах — гораздо живучей.

Знаю я с годами всё лучше,

Понимаю всё больше сейчас,

Пусть не так всё идет, как надо,

Но на пользу оно для нас.

не случайно печаль приходит,

Хоть порою о том невесть,

Но как вновь наступает утро,

Нам во благо всё то, что есть.

Знаю я, за неправедность жизни,

Словно дней и ночей череда,

Непременно потом воздастся,

Хоть не ведаем мы когда.

Знаю я, душа лишь мужает,

Если в сердце движенье прочесть.

Стать мудрее — познать страданье,

Нам во благо всё то, что есть.

Даже когда перейдены все рубежи боли, она все равно имеет над нами власть. Всегда находится что-то за гранью...

Для меня сказать «я люблю тебя», это слишком серьезно.

Страдание не заглушает жажду власти. Оно её увеличивает.

— Я люблю тебя.

— Перестань, не надо, это не обязательно.

— Я... я люблю тебя.

— Эм...

— Ты не понимаешь. Я никогда этого не говорил, никому.

— Не говорил «Я люблю»?

— Нет.

— Не говорил родителям?

— Нет.

— И брату не говорил?

— А-а-а..

— Господи, да ты ещё хуже, чем я... а я, сказала кошке.

Духовность в этом мире всегда остается связанной с опытом страдания, с противоречиями и конфликтами в человеческом существовании, со стоянием перед фактом смерти и вечности. Существо вполне довольное и счастливое в этом мире, нечувствительное к злу и страданию и не испытывающее страдания, совершенно бестрагическое, не было бы уже духовным существом и не было бы человеком. Чувствительность к злу мира и способность к страданию есть один из признаков человека как существа духовного. Человек есть существо страдающее в мире и сострадающее, раненное жалостью, в этом высота человеческой природы.