Поэтому ты так хорош будучи вампиром, Марсель. Ты выбрал это. У меня не было выбора. Я проклята и я зла.
Всегда и навечно. Было неплохо.
Древние (The Originals)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Что между вами происходит? Ты говоришь, что ненавидишь его, но судя по тому, как вы общаетесь, это не так. Даже когда ненавидишь его, ты всё равно его любишь.
— Видимо, когда живёшь с человеком тысячу лет, уйти от него всё равно, что потерять частичку себя. Но иногда ненависть слишком сильна. Эмиль был не единственным парнем, которого убил Клаус. Он делал это снова и снова, каждый раз, когда мне кто-то нравился. Продолжал убивать. Пока, наконец, я не перестала влюбляться.
— История ничему тебя не научила? Мы не бросаем тебя, Ник, это ты отталкиваешь нас.
— Разве? Все это время я старался для вас. Я умолял тебя, брат, о прощении, за то что заколол. Пытался вернуть наш дом.
А ты, сестрица, в то самое время опять связалась с Марселем. Любишь того, с кем не должна быть. Ведь он управляет империей, которую построили мы. А он отобрал!
Я не оправдываюсь в прошлых грехах. Но тот единственный раз, когда вы двое могли быть на моей стороне и поверить в меня. В то, что мои намерения относительно ребенка чисты. Вы решили играть против меня. Примкнуть к моим врагам.
Я хотел вернуть наш дом и сделал это. Я буду жить там, а вы двое можете оставаться здесь и гнить.
Мы думали, что у нас есть свобода воли, но всё это время были крысами в лабиринте. Да, у нас был выбор — свернуть налево или направо, но мы всё равно были крысами в грёбаном лабиринте.
— Ты бы отдал свою корону? И что дальше?
— Воспитывал бы дочку с помощью моих сестер — одна большая, счастливая семья.
— Так значит, эти «Девы» правда на столько сильны, что им даже не нужен Прах для их... магии?
— Ага.
— И их четверо?
— Всегда.
— И когда одна из них умирает, её сила переходит к другой девушке, которая о ней заботилась?
— К любой, о ком подумает последняя. В этом вся фишка. Лучший вариант — кто-то, кому ты можешь доверять. В любом случае, их души сливаются.
— И это вы пытались сделать с Пиррой. В ту самую ночь. Вы пытались обратить её в одну из них.
— Амбер, предыдущая Дева Осени, подверглась нападению. Она была молода и неопытна. И напавшей на неё — как оказалось, Синдер — удалось стащить часть её силы, но не всю. Мы боялись, что если ничего не предпримем, она заберёт и вторую половину.
— Поэтому вы и взвалили всё на Пирру.
— Ничего мы не взваливали. Мы объяснили ей ситуацию и поставили перед выбором. И она свой выбор сделала. Ты был там, ты всё слышал.
И раз ты говоришь мне это, значит тебя это беспокоит. Где-то глубоко, в том месте, где всё ещё спрятана Елена. Найди это место, Дэймон. Борись за неё. Или проведи остаток вечности пытаясь понять, что случилось с лучшей частью тебя. Выбор за тобой.
— Даже иронично. Я только рассказал, как сильно ты похож на прошлого Уэллса — и вот мы попали в ту же ситуацию. Я стою по эту сторону стекла и задаю вопрос: «Почему?»
— Я должен был это сделать, чтобы спасти свою дочь.
— Любой ценой, верно? Даже ценой дочери Джо?
— Я же сказал, что предам вас! Я говорил, что мне придётся выбирать!
— Ты выбрал неправильно.
— Это точно. Я только что пожертвовал своей дочерью. Я приговорил её к смерти, чтобы спасти твоего сына.
— Мне пожать тебе руку?
— Отправьте меня домой. Верните на Землю-2. Подумайте сами: Зум хочет, чтобы ты стал быстрее. Он хочет получить от тебя больше силы скорости. Верните меня и закройте за мной брешь реактором, закройте все бреши! Когда их не станет, Зум не сможет сюда попасть. Никогда. Вы поставите точку.
— А как же твоя дочь?
— Спасти её — мой долг, не ваш.
И плавало в тумане будущее, в котором ему не хотелось быть никем: как в детстве, когда его спрашивали: — Кем-ты-станешь-когда-вырастешь? — и он отвечал: — Никем. Так оно, по-видимому, и случится. Немецко-говорящее Никто. Правда, хорошо немецко-говорящее. Даже, пожалуй, очень хорошо немецко-говорящее. Но ведь было бы с кем говорить!
— Так вот чем вы заняты, когда мы наконец вместе. Вампирский книжный клуб.
— Чтение заставляет мыслить, сестра. Разве не так, Элайджа?
— Да. Это абсолютная правда, Никлаус.
— И что это такое?
[Ребекка показывает на тело девушки, лежащее на столе]
— Это предложение мира.
— Я предположил, что спустя столько времени гниения в гробу, мой старший брат будет немного голоден.
— Поэтому я объяснил своему младшему брату, что прощение не может быть куплено. Я предпочитаю увидеть изменения в поведении, которое выражает раскаяние и рост личности, а не эту чушь.