— Что?! Да такие клоны не могут играть такую...
— Культурный шок? Не бойся. Это пройдёт.
— Что?! Да такие клоны не могут играть такую...
— Культурный шок? Не бойся. Это пройдёт.
— Обязательно было так далеко отходить от консерватории?
— Чувак, мы просто дорогу перешли.
— Для меня это приличное расстояние.
— Где этот зелёный петух?
— Зелёного петуха мы решили не покупать потому что... Ааа ты про Чеса. Он должен был придти в 4, сейчас уже 5:30, значит он придёт минут через 5, объяснив своё опоздание каким-нибудь враньем в стиле «бабушку через дорогу переводил».
«Пожелай, чтобы меня сбила машина, если не хочешь меня больше видеть», Чеса чуть не сбивает машина.
«Ай! Я передумал! Не желай! Хрен его знает, что там в твоей башке».
— Ты больше не мой сын, потому что ты выбрал хлам!
— Я выбрал семью, в отличие от тебя.
— Я в шоке. Как ему это удаётся? Пап, ты же всю жизнь его знаешь? Как ты можешь ему проигрывать?
— Его эмоции противоречат его действиям. Я не знаю как он это делает, но у меня не получается разработать тактику игры против него.
Вы чувству моему близки. И думам
заветным. Те мгновения равны
иным часам с безбрежным белым фоном,
когда ищу звучаний тишины.
О музыка! Ты властвуешь над шумом,
тобой в едином звуке воплощенным, -
нанизывай жемчужин ожерелье...
Что вызывает у меня гнев, так это высокомерие некоторых людей. Они не слушают нашу музыку, они заранее решили, что она им не нравится.
Музыка — это просто обыденный жизненный опыт, то, что тебя окружает. Она всегда дает тебе понять, как мало ты на самом деле знаешь.
После музыки такое же опустошение, как после любви, — но менее растравительно, потому что в тебе одном.
«Дорогая Джордана, спасибо, что позволила мне познать твое прекрасное тело. Я готов испить твою кровь. Ты единственная, кому бы я позволил уменьшится до микроскопических размеров и плавать внутри меня в крошечном подводном аппарате. Хоть мы и потеряли нашу девственность, мы приобрели многое другое. Ты слишком хороша для меня. Ты слишком хороша для любого. Искренне твой, Оливер».