Вспомнишь разлуку с улыбкою странной
Многое вспомнишь родное далекое,
Слушая ропот колес непрестанный,
Глядя задумчиво в небо широкое.
Вспомнишь разлуку с улыбкою странной
Многое вспомнишь родное далекое,
Слушая ропот колес непрестанный,
Глядя задумчиво в небо широкое.
Как белый камень в глубине колодца,
Лежит во мне одно воспоминанье.
Я не могу и не хочу бороться:
Оно — веселье, и оно — страданье.
Мне кажется, что тот, кто близко взглянет
В мои глаза, его увидит сразу.
Печальней и задумчивее станет
Внимающего скорбному рассказу.
Я ведаю, что боги превращали
Людей в предметы, не убив сознанья,
Чтоб вечно жили дивные печали.
Ты превращён в моё воспоминанье.
Курт одновременно был совсем разными людьми. И веселым, и застенчивым, и этаким выдающимся сверхчеловеком. Он мог быть милым, а мог быть диким. По временам он бывал просто страшен. Я думаю, я был приличным барабанщиком, но не знаю, был ли я достаточно хорош, чтобы участвовать в этой большой истории.
Когда она ушла, Тэй еще некоторое время сидел, стараясь представить себе лица друидов, которые больше никогда не увидит. Очень странно, но в памяти некоторые из них уже потускнели. «Вот что делает время даже с теми, кто был мне ближе всех», — грустно подумал он.
Дети, с той холодной апрельской ночи 2013 года, прошло уже двадцать лет, и я могу с уверенностью сказать, что если бы я мог вернуться в то время и в тот вечер, я бы ни за что на свете не пошёл на " Роботов против борцов".
Я оставлю только свет
В ваших пламенных сердцах,
Только дайте мне ответ -
Почему вы все в слезах?
Я оставлю только снег,
Белоснежный, как и я,
Я оставлю яркий свет
Навсегда внутри тебя.
Белый снег в душе твоей не растает,
Яркий след в душе твоей не погаснет.
Между Питером, Москвой и очень дальним зарубежьем
Жизнь моя бежит куда-то, как стремительный поток.
Мне так хочется остаться, обнимая близких нежно,
Но опять лечу на запад или снова на восток.
Я всегда живу в дороге, я всегда бываю между.
Дом — не место, он внутри, даже если он далёк.