— Робин, пообещай, что ты не поедешь!
— Обещаю, что ты не поедешь.
— Робин, пообещай, что ты не поедешь!
— Обещаю, что ты не поедешь.
— Дева Мэриан, вы верите в любовь с первого взгляда?
— В зависимости от того, на кого смотришь.
— Вам никогда не говорили, что глупцы не заслуживают того, чтобы их спасать?
— Мы еще не спасли вас, Малек.
— Мистер Паркер!? Снова опоздали. Ну, спасибо, хоть какая-то в мире стабильность.
— Обещаю, больше не повторится.
— Не давайте обещаний, которых не сдержите.
— А я так люблю это делать!
— У меня не было выбора.
— Всё, что мы делаем, и есть наш выбор. Пора взрослеть.
— Я остановил незаконную казнь, я защитил своих людей.
— Это сделает твою смерть романтичной?
— Это сделает ее достойной.
— Тебе нужно, чтобы люди тебя любили.
— А тебя любят только рептилии.
— Мой брат меня любит.
— Я так и сказал.
— Я хотел бы знать, сэр рыцарь, можем ли мы довериться тебе в одном опасном деле?
— Если мне не придётся поступиться своей честью.
— Не придётся.
— Шайка разбойников, переодетых... в платье честных разбойников, захватила в плен благородного Сэдрика, его воспитанницу — леди Ровену и раненного рыцаря Айвенго.
— И что бы ты стал делать, если бы мог убежать? Скажу по секрету — нас десять тысяч. Что ты задумал? Спасти Англию в одиночку?
— Ну почему же в одиночку? Нас пятеро или шестеро.
— Стреляй давай.
— Нет, Майк, нет, я дал обещание Господу. Нет насилию.
— А кто, по-твоему, дал тебе это оружие?
— Не знаю.
— Это божий пулемет!
— Разве?
— Он послал его в момент нужды.
— Это да, он бы пригодился.
— Да, ты орудие в руках Господа.
— Да, я орудие.
— Как в «Давиде и Голиафе».
— Как Давид с пращей.
— Да, этот пулемет твоя праща! Он дан, чтобы разить твоих врагов.
— Знаешь, что? Мы с тобой плохие библейские парни!