В наше время не выпьешь — не расслабишься.
Зло таится за очень красивыми масками.
В наше время не выпьешь — не расслабишься.
По пути я поинтересовался у Бернарда, что такое «Белая молния».
— Когда ты увидишь бездомного джентльмена, от которого воняет мочой, а на переносице у него открытая рана, знай, «Белая молния» — его любимый напиток для употребления на скамейке в парке.
— Вы полагаете, что пьянство следует прославлять?
— Не более, чем что-либо другое.
— Разве алкоголизм не опасен?
— Дышать тоже вредно.
— Но ведь пьяницы несносны, разве нет?
— В большинстве — да. Как и трезвенники.
— Понимаете, здесь, в этом телефоне, очень много номеров разных людей... Ну, в общем, по большей части женщин.
— Женщин?
— Ну хорошо, только женщин. Ну, это такой телефон, он с мужчинами не соединяет.
Что значит быть по-настоящему пьяным? Отвечаю: это зависит от клеток мозга. Каждый глоток алкоголя убивает тысячу клеток мозга, но все в порядке, потому что у нас остается еще миллиард. Сначала умирают клетки грусти, поэтому ты постоянно улыбаешься, затем умирают клетки спокойствия и ты начинаешь громко разговаривать — это нормально, потому что потом наступает черед клеток глупости и ты говоришь только умные вещи и наконец клетки памяти — эти клетки убить очень трудно...
Когда человек навеселе, вместо одного предмета он видит два. Когда же он крайне трезв, он воспринимает два явления как одно.