— Ты не волнуешься?
— Нет.
— А я вот всегда волнуюсь.
— Посмотри в зеркало. Видишь эту крутую стерву? Запомни, волновать тебя должна только она.
— Ты не волнуешься?
— Нет.
— А я вот всегда волнуюсь.
— Посмотри в зеркало. Видишь эту крутую стерву? Запомни, волновать тебя должна только она.
Беспокойство и неведение о чем-нибудь, близко его задевающем, всегда его мучило более, нежели самое задевающее.
— Вы все слишком беспокоитесь за меня.
— Пусть волнуются. Если есть те, кто волнуются о тебе, может стоит просто довериться им?
Послушайте, все мы должны сойтись на том, что всё прекрасно и нет нужды волноваться ни о чём на свете, мы просто обязаны понять, что на самом-то деле мы ни о чём и не беспокоились.
Тебе не следует волноваться по пустякам. Одно из двух: или ты ничего не можешь изменить, и тогда волноваться бесполезно, или можешь — в этом случае тебе следует браться за дело, а не тратить свою силу на беспокойство и гнев.
И стоило ли волноваться по мелочам, когда встревожить нас могло разве что предательство луны...
В лесу Дремучих Заблуждений, в глухой берлоге спит крепким сном лохматый медведь Внутреннего Беспокойства. Но когда приходит весна, он пробуждается и, шатаясь, бредет сквозь бурелом Сомнений, стараясь выбраться на опушку Относительного Понимания.
Не справляясь с беспокойствами самого разного толка и не умея оставаться с ними один на один, «тревожные» стремятся придать смысл абсолютно любому своему действию. И если что делают, то только — с целью. Гулять, просто гулять, прогуливаться ради удовольствия — никогда, разве что по магазинам или мусор выбросить, хлеб купить или пожить культурной жизнью — сходить в кино или в театр. И снова вопрос: а достигая своих целей, мелких и крупных, получают они удовольствие? И снова — нет. Тревога так просто не отпускает, им надо бежать дальше. И убегание как раз и есть симптом и следствие неспособности получить удовольствие от жизни. О том, что само удовольствие может быть целью, тревожные люди обычно и слышать не хотят. Люди, позвольте же себе полениться! Это не стыдно, не вредно, и никто не будет вас ругать за несделанное домашнее задание, вы же взрослые. Отвыкайте от жизни в старомодном стиле «хватай мешки, вокзал отходит». Хвалите себя не за ударный труд, а за гармонию с собой. Как психолог ещё раз повторю: выигрывает не тот, кто всё время тревожится и суетится, а тот, кто спокоен, уверен в себе и умеет концентрироваться в нужный момент. Учитесь просто сидеть, лежать и ни о чем не тревожиться, не думать, не страдать, не планировать, не вести бесконечные диалоги и монологи с обидчиками, не смотреть телевизор или сериал в компе, не листать журнал. Для достижения многих вещей в этой жизни сначала требуется ничегонеделание. Войти в состояние ничегонеделания, поймать его и длить, длить... Поймите, ваша фамилия не Стаханов и вам не надо укладывать пятилетку в три года. Вам бы просто жить — и жить по возможности с наслаждением.
— Ты пробыла здесь примерно четыре часа, и даже не подумала открыть дверь.
— Дверь была заперта.
— Я всегда считала двери потрясающим изобретением. За ними скрывается вход в безграничное воображение. Прежде чем ты откроешь любую дверь, целый мир полный возможностей, находится прямо за ней. И пока ты не откроешь дверь, все они реальны. Они приносят такой потенциал в наши умы. А тут... замок удержал тебя от всего этого. Как... лениво.
Темнота, как водится, усугубляет тревогу. Так уж она, темнота, действует: оживляет страхи, которые в свете дня прячутся, но не исчезают.