…Мудрого не будут помнить вечно, как и глупого; в грядущие дни все будет забыто, и, увы, мудрый умирает наравне с глупым!
Сейчас светлое будущее преимущественно принадлежит людям с темным прошлым.
Лев Николаевич Толстой. Исповедь
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойПо жизни человека, по делам его как теперь, так и тогда никак нельзя узнать, верующий он или нет.
Большинству людей привычней всё спланировать заранее, в подробностях. Потратить месяц на прикидку. Разложить по полочкам, рассовать по шкафчикам, наклеить таблички, оглядеть стройные ряды перспектив, простучать сочетания звеньев в цепи и вытереть трудовой пот. Люди склонны обманываться, видя в несокрушимости планов на будущее — несокрушимость самого будущего, такого, какое они в тщете своей придумали. Зато потом, когда судьба игриво даёт щелчок карточным домикам,... когда будущее показывает длинный и мокрый язык, становясь настоящим, а в шеренги планов вбивается клин неразберихи — о, тогда они задыхаются в цейтноте, панически суетясь, и никак не возьмут в толк: за что!
Так хороши, так свежи были планы!
Я должен всё уразуметь,
Всё распознать и всё разведать,
Зачем нам мед, зачем нам медь,
Где пораженье, где победа.
Если бы мы смогли овладеть «мудростью», способной решить эту проблему, то, несомненно, пришли бы к великому яркому будущему.
Дети не могут быть нашим будущим, потому что ко времени, когда настанет будущее, они уже не будут детьми. Как вы уже могли заметить, мне всегда нравится представлять тщательно обоснованные аргументы.
— Видишь ли, раньше я считала, что мудрость — это что-то вроде справедливости. Теперь у меня иное мнение. Мне кажется, что мудрость — это что-то вроде моих штор.
— Ну причём здесь шторы?
— Я считаю, что мудрость ближе к осторожности… А шторы — это так, символ.
Душевное состояние это выражалось для меня так: жизнь моя есть какая-то кем-то сыгранная надо мной глупая и злая шутка. Несмотря на то, что я не признавал никакого «кого-то», который бы меня сотворил, эта форма представления, что кто-то надо мной подшутил зло и глупо, произведя меня на свет, была самая естественная мне форма представления.