Пагубность любого секрета в том, что хранить его все труднее.
В этом мире не существует трех вещей: того, что достается бесплатно, ответов на вопросы и тайн.
Пагубность любого секрета в том, что хранить его все труднее.
В этом мире не существует трех вещей: того, что достается бесплатно, ответов на вопросы и тайн.
На рассвете взрослые пытаются скрыть следы своих ночных приключений, а у влюбленных открывается второе дыхание, им не терпится узнать все секреты друг друга. Но есть такие секреты, которые невозможно понять. С восходом солнца некоторые секретные планы разрушаются. И приходится придумывать новые, чтобы защитить себя. Но даже самые хитрые секретные планы могут не сбыться, если кто-то очень страшные знает ваш секрет...
— Слушай, что это? [слышны выстрелы]
— А там красные город беруть. Они ещё з вечера в роще ховались.
— А откуда ты знаешь?
— Бабы казали на базаре. Це така тайна, така тайна...
То — смерти вечная, властительная тайна;
Я чувствую ее на дне глубоких снов,
И в предрассветный час, когда проснусь случайно,
Мне слышится напев ее немолчных слов:
«Я здесь, как сердца стук и как полет мгновений,
Я — страх пред вечностью; но этот страх пройдет,
И ледяной огонь моих прикосновений
Лишь ложные черты и выжжет, и сотрет...»
И ясно вижу я в те вещие мгновенья,
Что жизнь ответа ждет — и близится ответ,
Что есть — проклятье, боль, уныние, забвенье,
Разлука страшная, но смерти — нет..
– Как я найду Ифиджению? – спросил я дядю Адрастуса, который подарил мне свой секрет на совершеннолетие.
– Узнаешь её, едва увидишь, – ответил он с такой улыбкой, словно катал во рту засахаренный абрикос. – Только поезжай непременно в конце октября. В ноябре уже поздно.
Она достигла той меры уклончивости, когда самые простые слова кажутся полными тайного знаения.
Вы бы никогда не подумали, глядя на нее, что у женщины, живущей по соседству, нервный срыв, никогда не догадаешься по ее улыбке, но жена твоего дяди однажды предала его доверие, а дочь, которую ты обожаешь, у нее роман с женатым мужчиной… Горькая правда в том, что мы не знаем наших друзей и соседей, по крайней мере, не так хорошо, как мы думаем. Даже люди, которым мы больше всего доверяем, хранят секреты.