Дмитрий Чернышев. Как люди думают

Очень хорошо работает метод отказа себе в чем-то любимом. Это может быть плитка шоколада, фисташковое мороженое, компьютерная игра или поход на рыбалку. Отложите удовольствие до той поры, пока вы не придумаете что-то интересное. И награда покажется вам желаннее. И от мыслительного процесса вы будете получать удовольствие. Потому что за ним следует награда.

Другие цитаты по теме

Возвращаясь на самолете домой, я все время думал: что бы мне хотелось услышать на своих похоронах? Это помогло мне понять, что нужно делать дальше.

Лучше жить по принципу «Да пох» чем жить, думая, «что, если».

Не в сложности успех, мой друг, а в том, что происходит не в противоречие твоей природе. И если сложно, значит путь твой не туда. Когда огонь горит внутри тебя — идти легко, он расчищает путь, сжигая все препятствия дотла.

Я знал немало людей несомненно талантливых — они до самой смерти оставались на берегу и все вопрошали себя: «Хватит ли у меня сил?»

Подъем на гору — это имитация пути к мечте. Зато на вершине приходит нечто сравнимое с просветлением: возможно всё. Просто. Надо. Идти.

Чтобы добиться поставленной перед собой задачи, необходимо шаг за шагом, не сворачивая, идти вперед с лёгкостью перепрыгивая препятствия. А вскоре, после тысячи проделанных шагов, бежать по финишной прямой с распростертыми объятиями к тому самому ощущению победы над самим собой!

Человек — это не то, что сделало из него время, а что сделал из себя он сам.

Для меня искусство — это жизнь и откровение. Другой альтернативы нет. И в то же время искусство-это каторга. Я работаю 365 дней в году и без этого не могу. Это приговор судьбы, карма, обреченность. И никуда не денешься. Я мечтаю погреться на пляже, полежать в траве, слушая как она растет, я хочу смотреть, как плывут в небе облака, хочу радоваться, веселиться, общаться в компании, не отказался бы пойти в школу, чтобы кого-то чему-то научить. А потом думаю: а мне же тоже хочется самому что-то сделать. Непобедимая мысль!

Когда мне уже было четырнадцать (и я брился два раза в неделю, надо или не надо), гвоздь в стене перестал выдерживать вес листков отказа. Заменив гвоздик плотницким костылем, я продолжал писать. К шестнадцати я стал получать отказы с приписками от руки несколько более ободрительными, чем совет забросить степлер и начать использовать скрепки.