Александр Вертинский — Пикколо-Бамбино

Вечерело. Пели вьюги. Хоронили Магдалину -

Цирковую балерину.

Провожали две подруги, две подруги — акробатки.

Шел и клоун. Плакал клоун, закрывал лицо перчаткой.

Он был другом Магдалины.

Только другом — не мужчиной.

Чистил ей трико бензином,

И смеялась Магдалина:

«Ну какой же ты мужчина!

Ты, мужчина, пахнешь псиной».

Бедный Пикколо-Бамбино...

На кладбище снег был чище, голубее городского...

Вот зарыли Магдалину,

Цирковую балерину.

И ушли от смерти снова. Вечерело. Город ник...

В темной сумеречной тени поднял клоун воротник.

И, упавши на колени, вдруг завыл в тоске звериной.

Он любил, он был мужчиной,

Он не знал, что даже розы на морозе пахнут псиной!

Бедный Пикколо-бамбино!

Другие цитаты по теме

Измельчал буржуазный мужчина,

Стал таким заурядным и пресным,

А герой фабрикуется в кино,

И рецепты вам точно известны.

Лучше всех был раджа из Кашмира,

Что прислал золотых парадизов.

Только он в санаторьях Каира

Умирает от Ваших капризов!

Вот она, жизнь — стоит кого-то полюбить, как его у тебя забирают.

И легло на душу, как покой.

Встретить мать — одно мое желание.

Крест коли, чтоб я забрал с собой,

Избавление, но не покаяние!

Когда застрелился Володя, это умер Володя. Когда погиб Примаков [второй муж Лили, расстрелян по Делу Тухачевского] — это умер он. Но когда умер Ося — это умерла я!

Разве в такой ситуации люди не прощаются? Будь сильным, дитя. И не делай такое грустное лицо.

Мечтать, надеяться, стремиться к чему-то... Это просто, пока ты веришь в то, что у тебя всё получится.

Я вдруг совсем охладела к дурным речам.

Что ты запомнишь? Обиду? Гордыню? Страх?

Лица врагов? Свой портрет в дорогой квартире?

Я буду пить шампанское в облаках

И вспоминать, что мы с тобой просто были!

Наверно, так нужно, так надо,

Что нам на прощанье даны:

Осенний огонь листопада

И льдистый покров тишины...

Они наступают — мы наступаем. Мы отважно сражаемся, чтобы увидеть проблеск света в этой нескончаемой войне... хоть на мгновение. Война — это целый мир, а мир охвачен войной, где за каждым прицелом стоит человек. И эти люди — мы. Прожжённые жизнью и наивные, честные и преступники. Мы созданы для легенд, но не войдём в историю. Мы — небесные рыцари. Мы — пустынные призраки. Мы — траншейные крысы. И это наши истории.