Чем меньше знаний, тем легче себя оправдать.
В тонком искусстве обмана и продвижения вверх знание есть отличительный признак мастерства.
Чем меньше знаний, тем легче себя оправдать.
В тонком искусстве обмана и продвижения вверх знание есть отличительный признак мастерства.
Горе вам, рабы мирских благ! Что за польза слепому от обильного солнечного света, когда он его не видит? Также и ученый не получит пользы от своего большого знания, если не будет его использовать.
Как много разных плодов, но не все они полезны и съедобны! Как много разных ученых, но не все они используют полученное ими знание! Остерегайтесь лжеученых, слова которых расходятся с делами.
Кто ж собирает виноград с колючки, а инжир с колоквинта?! Так же и слова лжеученого лишь только ложь.
Горе вам, рабы мирских благ! Поистине, любая вещь имеет свои признаки, которые ее отличают и свидетельствуют либо за, либо против нее. Религия же имеет три признака, которые ее отличают: вера, знание, дело.
Тиффани не была лгуньей, однако ей казалось, что порой вещи делятся не на правду и ложь, а на то, что другим знать надо, и то, что им пока знать не стоит.
— Фарадей сказал, что вы из будущего. Я хочу знать, правда ли это.
— Нет, друг, это бред.
— Когда вы родились?
— Э... В тридцать первом.
— Вам сорок шесть?
— Да. Чё, не видно?
— Участвовали в корейской войне?
— Такой войны не знаю.
— Кто президент Соединенных Штатов?
— Ладно, мы из будущего.
Я хочу, чтобы у тебя была нормальная жизнь... Но ничего такого не светит, когда объявляется Рик. Всё настоящее становиться фальшивым, всё правильное неправильным. Ты знаешь лишь то, что ничего не знаешь. А он знает всё.
— А что, если твою судьбу решило запретное знание, а не ошибка? В чём ты виноват?
— Я видел собственными глазами обманы своей богини. Это мне показал Хранитель. Но только сейчас я понял, до какого отчаяния она была доведена. Глубины её обмана.
— Ты говоришь о её обманах, а как насчёт твоих собственных? На твой путь тебя навели её слова или отсутствие её слов, пробел, который ты заполнил собственными испорченными мыслями?
Можно найти дипломатов, способных лгать больше и лучше, чем некоторые женщины, но не найдется ни одного, способного лгать быстрее.
Да ладно, нет ничего страшного во лжи. Я вот вру постоянно. Нет ничего страшного в том, чтобы притворяться, будто бы ты чего-то не знаешь. Скорее неправильно заставлять других принять то, что они принимать не хотят.