Георгий Владимирович Иванов

Легкий месяц блеснет над крестами забытых могил,

Томный луч озарит разрушенья унылую груду,

Теплый ветер вздохнет: я травою и облаком был,

Человеческим сердцем я тоже когда-нибудь буду.

Ты влюблен, ты грустишь, ты томишься в прохладе ночной,

Ты подругу зовешь, ты Ириной ее называешь,

Но настанет пора, и над нашей кудрявой землей

Пролетишь, и не взглянешь, и этих полей не узнаешь.

А любовь — семицветною радугой станет она,

Кукованьем кукушки, иль камнем иль веткою дуба,

И другие влюбленные будут стоять у окна,

И другие, в мучительной нежности, сблизятся губы.

Теплый ветер вздыхает, деревья шумят у ручья,

Легкий серп отражается в зеркале северной ночи

И, как ризу Господню, целую я платья края,

И колени, и губы, и эти зеленые очи.