Карлос Руис Сафон. Лабиринт призраков

Много лет назад, когда Алисия Грис только переехала в Мадрид, Леандро Монтальво, ее наставник и кукловод, объяснил ей простую истину: каждому человеку, кто стремится сохранить рассудок, необходимо найти себе место, где он сможет и захочет расслабиться. Заповедное место, которое становится оазисом душевного покоя, где в тяжелые минуты, когда мировая комедия абсурда терпит фиаско, человек обретает надежное убежище, чтобы заново провести тонкую настройку Вселенной.

Другие цитаты по теме

Не люблю увеселительные заведения. Людям кажется, что они отдыхают и расслабляются, но на самом деле они все ведут себя неестественно, показно. Стараются выглядеть лучше, вести себя интереснее. Словно манекены в витрине рядового парижского бутика. Только в отличие от настоящих манекенов, на которых пялятся покупатели, эти манекены ещё и сами постоянно пялятся друг на друга.

Вечер — лучшее время суток. Кончился долгий рабочий день, можно отдыхать и радоваться жизни.

Кто умеет отдыхать, тому выпадает двойная порция манны.

Забавно, что мы осуждаем других и даже не понимаем, как жалко, глупо наше к ним снисхождение, до тех пор пока не потеряем их, пока их у нас не отнимут. А их отнимают, потому что они никогда нам и не принадлежали…

Вопрос: Почему мы не всегда помним о том, что нам снилось?

Ответ: В том, что ты называешь сном, присутствует лишь то, что есть не более чем отдых тела, ибо дух пребывает в постоянном движении; там он вновь обретает что-то от своей свободы и общается с теми, кто ему дорог либо в этом мире, либо в мирах иных; но так как тело является производным материи тяжелой и грубой, то оно с трудом удерживает впечатления, полученные духом, ибо дух получил их не через органы тела.

Единственное спасение у нас в труде. Деятельность дает закономерный отдых. А вот когда у меня «выходной» день, я — несчастный человек. Я не умею «отдыхать» — я предоставлен самому себе и своему одиночеству, и что мне делать? Воистину это «страна труда» и больше ничего. И самое страшное в ней — отдых!

Мир очень мал, когда некуда идти.

А потом, проходя мимо зеркала,

Я скажу: «А что, не так уж я и страшен».

Я даже немного,

Я даже немного,

Я даже немного ничего.

А кефир я допью ровно в десять.

А батон я доем чуть пораньше.

И перед сном,

И скажу перед сном,

И скажу: «Ах, мама, до чего хорошо!»