Идеалисты нужны любой стране. Однако в России их больше, чем во всех остальных странах, вместе взятых... но все-таки что они могут?
В двадцать пять лет я еще стремился успеть получить мастера спорта международного класса. Если не звания грести, то чтоб перед девками хотя бы мускулами трясти.
Слабый имеет право на выбор оружия. А когда слабого собьют на землю и добивают ногами — может схватиться за палку, нож или пистолет, что попадет под руку.
Человек, который в одной фразе сказал: «самый оптимальный», «другая альтернатива» и даже «две большие разницы», должен сидеть в углу и сопеть в тряпочку. Русский — это не национальность, а принадлежность к говорящим на русском. т. е. русскоязычным, как сейчас говорят косноязычные.
Я предпочитаю не лицемерное всепрощение, а старую заповедь: око за око, зуб за зуб, кровь за кровь. Ведь если я прощу человека, выбившего мне глаз, он утвердится в своей безнаказанности, не так ли? Выбьет и второй. А если я в ответ за свой глаз вышибу ему его собственный, он подумает, стоит ли рисковать вторым. Да и другим предостережение.
Сейчас завоевывать чужие страны накладно: приходится брать за них ответственность. Гораздо выгоднее навязать им свою философию, разрушить их собственную культуру, принудить играть по тем правилам, в которых американцы исконно сильнее, ибо правил не признают.
Я не могу допустить, чтобы кто-то называл себя моим отцом, духовным или каким-то еще, меня — овцой.
Жить в страхе все равно противно, хоть в страхе перед противником, хоть перед своим начальником.
Не устраивает экономика, где на рекламу помады тратится бльше средств, чем на производство инсулина, а на саму помаду денег уходит столько же, сколько надо на постройку обсерватории на Луне!
Cлайд с цитатой