— Во, шикарный вид!
— Миша, это же фрак.
— И шо?
— И шо, шо? В нем не ходят.
— А шо с ним делают?
— Миша, его одевают в театр там... или на похороны...
— Во, шикарный вид!
— Миша, это же фрак.
— И шо?
— И шо, шо? В нем не ходят.
— А шо с ним делают?
— Миша, его одевают в театр там... или на похороны...
— Да он же пристает, хочет шоб я его на дело взял. Это надо такое?
— Не, на дело не надо.
— Так, а я про шо. И главное уже щипать научился. Так ласково у меня портсигар принял — я не заметил.
— Так надо по соплям надавать!
— Мойш!
— А?
— А за кази́но таки правду говорят?
— За какое кази́но?
— От только не делай мине голову. Все знают, шо ты имел кази́но.
— Шо ты такое говоришь? И кто такие глупости болтает?
— А ты мне платье купишь?
— Какое платье?
— Я видела в магазине «Шневис» одно платье. Там такое платье, ну это невозможно! Послушай, посмотри — сиреневое все...
— Все?
— Тута цветочки, тута рюшики, а тута кружево, ну шо с Парижа! Ну шо, купишь?
— Да не бери ты в голову, Миш. Главное было бы с чего. На мой вкус, там вообще фигура не очень.
— Лёва, я плевать на твой вкус!
— А шо, кстати, Буцис?
— Он говорил, шо у него есть один.
— Да ты шо?
— Но только негожий. Но, отдать обещал со скидкой.
— От он мудрый! А на кой нам негожий?
— Изя! Его ж починить можно, а выйдет дешевше.
— Если бы я держал вас за идиёта, я бы и писал вам, как идиёту. Но я вас за такого не знаю, и упаси Бог меня, вас за такого знать. Не, ну как вам не стыдно, ну до вас пишут, как до приличного человека: «Уважаемый господин Пруль, извольте, позвольте...», а вы побежали в полицию!
— Миша, произошла чудовищная ошибка!
— Да не, главное выдумали какую-то засаду.
— Я...
— Что?
— Я в шоке!
— Лёва! Лёва, где вы тут живете? Лёва!!! Вы идиёт, Майский! Со мной нельзя так обходиться! Лёва, я открыла вам сердце, душу и кошелек! А он взял мои двадцать пять рублей и теперь завел моду прятаться от меня. Лёва! Ну ничего, я вам еще устрою вырванные годы!
— Шо? Какие такие «вырванные годы»? Шо?! Да шо это такое, эти «вырванные годы»? Она покажет мне «вырванные годы»! Я приличный человек, как она может так говорить? Соломон Яковлевич, ну-ка скажите за меня.
— Вы хороший мальчик, Лёва.
— Вот. А если кто-то думает, что мине нужно их двадцать пять рублей, так пусть подавятся!
— Они ж парни не дурные, только хитрые.
— Так и шо?
— Шо?! Так и мы не из помойки взятые!
— Хоть бы раз дома заночевал, а то живет неизвестно где. Как будто у него дому нет! Де ты живешь?
— У мадам Баси в заведении он живет.
— Что, у мадам Баси? Там же живут девочки! Ты шо, ходишь до девочек?
— Да не, мам, то Мэрька шутит.
— А тогда где?
— С Майорчиком мы живем на холостую ногу.
— А че на холостую? Ты уже вполне пора жениться!