Гоголь не думал, что его хата с краю... Но, все же, как всякий гений, Николай Васильевич был одинок.
Для одиночки сказать правду – небезопасно, а в случае целого государства сказать правду — ведет к коллективной безопасности.
Гоголь не думал, что его хата с краю... Но, все же, как всякий гений, Николай Васильевич был одинок.
Для одиночки сказать правду – небезопасно, а в случае целого государства сказать правду — ведет к коллективной безопасности.
Истина — не в большинстве, большинство погрязло в молчании. Не всякий крик — командный голос, и не всякий командный голос подается в крике.
Время в конце концов лишает людей всего и вот, когда терять уже нечего, кроме собственных оков, тогда признанная классическая мысль становится приоритетной.
Очевидно, что безногому нужны протезы, но поначалу организм пытается пользоваться протезами, как живыми ногами. «Устроит почти всех», при том что новая идея всегда оказывается в меньшинстве.
Большинство имеет за собой власть, но не право; меньшинство всегда имеет за собой право.
— Я нанялся на фирму в Сент-Луисе, меня отправили на Запад решить встречный иск. Клиента не устроила моя раса. На меня напали бандиты и я оказался в тюрьме за самозащиту. Я благодарен вам, сэр. Разрешите узнать, почему вы так поступили?
— Ты адвокат высшего уровня, Ренфилд. Мне нужен адвокат... Я тоже знаю, что значит жить в одиночку. За пределами, так называемого, общества. Лучше, чем ты можешь себе представить.