— Славит пусть в Москве наш тост новосёлов бурный рост!
— Жаль, что едет новосёл в основном из ближних сёл.
— Славит пусть в Москве наш тост новосёлов бурный рост!
— Жаль, что едет новосёл в основном из ближних сёл.
— Мы свой тост поднять могли бы за успех в уловах рыбы!
— Тост о рыбе огласить, а сосиской закусить.
— Есть у нас с нового года новая штатная единичка. Вот займёшь — и будешь ты изобретать!
— Да что вы, Иннокентий Тихонович! Да вы не по адресу обратились. Я для этого дела человек непригодный. Вот бы вы Кошкина выдвинули, он у нас рационализатор, выдумщик. Или Булакова, он тоже этим делом увлекается. Создайте им условия — так они с радостью!
— ... Понятия ты не имеешь, что значит кадры расставлять. По-твоему, дельный человек — ты его и двигай. А как начнёшь в этом дельном человеке ковыряться, так и споткнёшься.
Хотя я постепенно преодолевал благоговейный страх перед строениями, преобладающими здесь, в Блуте, это местечко меня пугало. Я видывал менее прочные на вид горы!
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
Мне надо завести подругу на лето, пока я не стал одним из тех извращенцев, которые просто таращатся на женщин...
Я заведу себе подругу на это лето. Это будет летняя девушка, у нее будут волосы и летние друзья, которые знают, что такое быть на улице. Она будет играть в теннис, носить платья и ходить босоногой. А осенью я ее брошу, потому что она моя летняя девушка.
Я не употребляю наркотики. Мне это уже не нужно. Я постарел, и если мне теперь нужен приход, нужно просто неожиданно встать со стула.
— Вам никогда не говорили, что глупцы не заслуживают того, чтобы их спасать?
— Мы еще не спасли вас, Малек.