Павел: — Ты ведь знаешь, что будет, если погнаться за двумя зайцами?
Артем: — От егеря пи*ды получишь?
Павел: — Ты ведь знаешь, что будет, если погнаться за двумя зайцами?
Артем: — От егеря пи*ды получишь?
Сколько мужиков с ума сходят, морды друг другу бьют, безумные бабки тратят на то, — вещал склонный к циничному философствованию Петруха, — чтобы прикоснутся к этому органу, проникнуть в него, считая это наивысшим блаженством... Поэты стихи пишут, сравнивая её с розой, покрытой росой... Идиоты самые настоящие. Пришли бы они ко мне на экскурсию, заглянули бы внутрь самой привлекательной при жизни бабы и увидели бы, куда стремятся. На самом деле, внутри вожделения, воспетая рифмоплетами обитель райского блаженства — всего лишь вонючая скользкая кишка, и не более того. Да, Господь Бог создал человека совершенным, но его творение совершенно так же, как совершенна вышивка крестиком. Есть и её обратная сторона с безобразными узелками и петлями. Тут как со зданием. Существует красивый фасад для лохов, а за ним тянутся кабели, канализационные трубы, о которых знают лишь профессионалы.
Вадим застыл с трубкой в руках, немного ошалев от такой простой и вместе с тем немного идиотской логики.
Первая же сигаретная затяжка отбрасывает меня назад, в прошлое, когда беззаботная десятилетняя девочка верила в новогодние чудеса, радовалась какой-то ерунде вроде Деда Мороза и обижалась по пустякам.
Время текло, словно ледяной океан, в котором медленно и неуклюже, как айсберг, ворочалась боль.
У меня возникло ощущение, что только что я раскопал сам себе могилу и жду захода солнца, чтобы в нее лечь.