Михаил Львовский. Точка, точка, запятая...

Другие цитаты по теме

Кто здесь сидит, того люблю, кладите в парту по рублю.

Ребята, кого поцеловать? У меня, кажется, грипп начинается, а завтра контрольная по алгебре.

Все-таки в людях, несправедливо обойденных славой, есть что-то привлекательное.

Любовь — это невероятное чувство, такие ощущения абсолютно невероятные, странные, в первую очередь это желание прикасаться, прикасаться руками, телами, прикасаться душой.

— А почему они главные? Они что, умней, лучше? Любишь ты — так научи её с людьми разговаривать и сам научись! «Мужская просьба у меня к тебе»! А если бы за ним эти двое не стояли, его бы кто-нибудь пустил сюда? Попросить по-мужски! А я смогу к нему прийти, по-мужски попросить извиниться перед моей женой?!

— Сань, ну а что ты нам то?..

— Ничего!!! Потому что!.. Ему я боюсь. А с вами... смелый.

— Знаешь, что такое одиночество? Это, когда некому отправить смс, что ты доехал.

— Бывает хуже. Человек есть, а написать все равно некому.

Я стараюсь верить не людям, а в людей. Ну, встречаешь ты человека и неважно, чем он занимается, что он делает. Ты просто его принимаешь и всё. Со всеми словами, поступками и даже недостатками.

— А если недостатков больше? А если одни недостатки?

— Так у всех есть недостатки. Только это неплохо… Это нормально.

Вообще в женатом состоянии напрягает не то, что у тебя нет других женщин, а то, что нет этой возможности. Я, может быть, ею бы и не воспользовался, но возможность-то должна быть… Вот, например, запретили бы тебе есть вилкой. Причем в формулировке «никогда». «Никогда больше не будешь есть вилкой!» Да, казалось бы, и черт бы с ней, можно ложкой, палочками, руками… Но тебе сказали — нельзя, и сразу захотелось именно вилкой. И, главное, вот она — вилка, лежит. Много вилок. Открыл ящик — полно. Разные — длинные, короткие, трехзубые, двузубые, серебряные, мельхиоровые… Да тебе в таком состоянии даже и алюминиевая сгодилась бы… если у тебя уже три года не было ни одной вилки. Но нельзя. А буквально вчера еще было можно — бери любую вилку и пользуйся, и никому дела нет. А сейчас воспользовался — и все так головами качают: «Э-эх, что же ты, обещал же вилками не пользоваться…»

— Неужели тебе не обидно, что у тебя такая жизнь? — нахмурилась Саша.

— Мне обидно, что строение позвоночника не позволяет мне задрать голову вверх и посмотреть на того, кто ставит эксперимент, — отозвался музыкант.

Помнишь, я еще спросила: «У тебя есть что-нибудь под шинелью?» А ты засмеялся: «Душа!»