Создание текста для меня процесс мучительный. Бывает, что пишешь три дня и три ночи — а написанное потом все истолкуют как-нибудь не так.
В пиве что хорошо? Оно все в мочу уходит, без остатка. Как всухую выиграл у кого-нибудь.
Создание текста для меня процесс мучительный. Бывает, что пишешь три дня и три ночи — а написанное потом все истолкуют как-нибудь не так.
В пиве что хорошо? Оно все в мочу уходит, без остатка. Как всухую выиграл у кого-нибудь.
Небо люблю. Сколько угодно могу на него смотреть — не надоедает. А когда не хочу, то просто не смотрю.
— Живых читать никакого проку нет.
— Почему?
— Потому что мертвым почти все можно простить.
... написание текста — процесс радостный. Ему гораздо легче придать смысл, чем жизни со всеми ее тяготами.
До этой самой минуты я думал, что молчание — это когда кто-то просто молчит. Но молчание Готанды было чем-то особенным. Это было высококачественное молчание — красивое, стильное, интеллигентное.
— Ты когда-нибудь влюблялся?
— Ага.
— И лицо помнишь?
Я попытался вспомнить лица трех своих девчонок. Удивительное дело — отчетливо не вспоминалось ни одно.
— Нет, — сказал я.
— Странно, правда? Интересно, почему?
— Наверное, так удобнее.