Pain is love, Pain is pure,
Pain is sickness, Pain is the cure,
Pain is death, Pain is religion,
Pain is life, Pain is television.
Pain is love, Pain is pure,
Pain is sickness, Pain is the cure,
Pain is death, Pain is religion,
Pain is life, Pain is television.
Pain, without love
Pain, I can't get enough
Pain, I like it rough
'Cause I'd rather feel pain than nothing at all
Боль и на бумаге красивая. Мне почему-то кажется, что в боли больше кайфа, чем в радости.
Анализируйте ситуацию спокойно. Даже если это причиняет боль, вы должны хладнокровно искать правду.
И не уверяй меня, будто пути господни неисповедимы, – продолжал Йоссариан уже более спокойно. – Ничего неисповедимого тут нет. Бог вообще ничего не делает. Он забавляется. А скорее всего, он попросту о нас забыл. Ваш бог, о котором вы все твердите с утра до ночи, – это темная деревенщина, недотепа, неуклюжий, безрукий, бестолковый, капризный, неповоротливый простофиля! Сколько, черт побери, почтения к тому, кто счел необходимым включить харкотину и гниющие зубы в свою «божественную» систему мироздания. Ну вот скажи на милость, зачем взбрело ему на ум, на его извращенный, злобный, мерзкий ум, заставлять немощных стариков испражняться под себя? И вообще, зачем, скажи на милость, он создал боль?
– Боль? – подхватила жена лейтенанта Шейскопфа. – Боль – это сигнал. Боль предупреждает нас об опасностях, грозящих нашему телу.
– А кто придумал опасности? – спросил Йоссариан и злорадно рассмеялся. – О, действительно, как это милостиво с его стороны награждать нас болью! А почему бы ему вместо этого не использовать дверной звонок, чтобы уведомлять нас об опасностях, а? Или не звонок, а какие нибудь ангельские голоса? Или систему голубых или красных неоновых лампочек, вмонтированных в наши лбы? Любой мало-мальски стоящий слесарь мог бы это сделать. А почему он не смог?
Сердца излечиваются и восстанавливаются, когда они ранены, чтобы им больше не было больно...
Сон утоляет боль. Сон и смерть. И смерть.
Что? Ты говоришь, что не хочешь умирать? Ты говоришь, что хочешь спать?
А если увидишь кошмар? Это плохо.
... Но это было сном.
Сон и смерть. Как же стало тихо.
Где-то там далеко, где кончается боль,
Вечно молоды вера, надежда, любовь,
Там никто не продаст за серебряный грош,
Там кончается грязь, там кончается ложь...