Уильям Голдинг. Чрезвычайный посол

Другие цитаты по теме

Наше отношение к убитым на войне — словно попытка извиниться за то, что мы сами ещё живы...

На одной стороне они двое — бедные, скромные незначительные люди, рядовые труженики, которых могут стереть с лица земли за одно единственное слово, на другой — фюрер, нацистская партия, весь этот огромный аппарат, мощный и внушительный, а за ним три четверти, какое там, четыре пятых немецкого народа.

— Дядя Игорь, а когда война закончится?

— Когда всех немцев перебьем, Вань.

— Но ведь война никак не связана с количеством живых и мертвых немцев.

— Да? А с чем же тогда связана?

— Со злобой и ненавистью. С враньем и пропагандой. С обидой и местью. С чем угодно, только не с национальностью.

Жестокий век. Мир завоевывается пушками и бомбардировщиками, человечность — концлагерями и погромами. Мы живем в такие времена, когда все перевернулось, Керн. Агрессоры считаются сейчас защитниками мира, а те, кого травят и гонят,-врагами мира. И есть целые народы, которые верят этому!

Count—count—count—count—the bullets in the bandoliers.

If—your—eyes—drop—they will get atop o' you!

(Boots—boots—boots—boots—movin' up an' down again) —

There's no discharge in the war!

We—can—stick—out—'unger, thirst, an' weariness,

But—not—not—not—not the chronic sight of 'em —

Boot—boots—boots—boots—movin' up an' down again,

An' there's no discharge in the war!

Трудно согласиться с тем, что отсутствие сопротивления со стороны немцев на западном фронте объясняется только лишь тем, что они оказались разбитыми. У немцев имеется на восточном фронте 147 дивизий. Они могли бы без ущерба для своего дела снять с восточного фронта 15-20 дивизий и перебросить их на помощь своим войскам на западном фронте. Однако немцы этого не сделали и не делают. Они продолжают с остервенением драться с русскими за какую-то малоизвестную станцию Земляницу в Чехословакии, которая им столько же нужна, как мёртвому припарки, но безо всякого сопротивления сдают такие важные города в центре Германии, как Оснабрюк, Мангейм, Кассель. Согласитесь, что такое поведение немцев является более чем странным и непонятным.

Я еще могу понять, когда кто-то боится борьбы и держится в стороне. Но когда ты делаешь вид, будто никакой войны и не было, я просто не нахожу слов.

Я никогда не присоединюсь к движению против войны. Позовите меня, когда появится движение за мир.

Всё сложней, чем плоть и кровь

Есть что-то больше, чем любовь,

Чем победа в такой войне,

Но я боюсь, что это не по мне.