Антонио Мачадо

Другие цитаты по теме

Скала к скале; безмолвие пустыни;

Тоска ветров, и раскаленный сплин.

Меж надписей и праздничных картин

Хранит утес два образа святыни.

То — демоны в объятиях. Один

Глядит на мир с надменностью гордыни;

Другой склонен, как падший властелин.

Внизу стихи, не стертые доныне:

«Добро и зло — два брата и друзья.

Им общий путь, их жребий одинаков».

Неясен смысл клинообразных знаков.

Звенят порой признанья соловья;

Приходит тигр к подножию утеса.

Скала молчит. Ответам нет вопроса.

Здравствуйте. Вы можете видеть сквозь стены? Можете ли вы видеть сквозь кожу? Рентген видит сквозь цельные или якобы цельные предметы. Есть вещи, которые наши глаза не могут увидеть, но эти вещи все же существуют. Доводилось ли вам видеть что-либо поразительное, чего не могли увидеть другие? Почему некоторые вещи скрыты от наших глаз? Наша жизнь — загадка? Вопросы просто переполняют меня. И иногда на мои вопросы находится ответ. Сердцем я чувствую, какие из ответов верны. Я сама себе судья.

Тот, кто вы во сне, — это вы или разные аспекты вас самих? Приходят ли ответы во сне?

Спи, усталая Россия, -

Говорит Господь любя, -

В эту полночь все святые

Вновь просили за тебя.

... твоя душа принадлежит только тебе. Сделай из неё то, что ты хочешь. Все мы, каждый, создаём себя сами. И в конце жизненного пути мы преподносим наши души нашим Покровителям, словно ремесленник — творение своих рук.

Единственные вещи, которые приходят к спящему человеку — это мечты.

«Покажи мне Бога»,  — сказал некогда атеист христианскому мудрецу Феофилу Александрийскому. «Прежде покажи мне человека в себе, способного увидеть Бога», – ответил Феофил Александрийский.

Бога нет...

Ну что ж, и слава богу...

Без Него достаточно хлопот.

Сея в сердце смутную тревогу,

над землёй

пасхальный звон плывёт.

Бога нет...

Но так, на всякий случай,

позабыв про деньги и харчи,

затаи дыхание и слушай,

как пасхальный звон плывёт в ночи.

Всё сильней, всё праведней, всё выше

Золотой

звучащею стеной

движутся колокола,

колыша

черный воздух

над моей страной.

Бога нет...

Ну что ж, я понимаю...

И, влюблённый в белый, бедный свет,

я глаза спокойно поднимаю

к небесам,

которых тоже нет.

И облако ее волос текло

дождем в мой сон. И снилось мне жасмином

былое лето. И платком карминным,

трепещущим в ее руках, стекло

оконное с рассветом приближалось

ко мне ее губами. Жег огонь

горящих уст. Горячая ладонь

прощалась навсегда… Какая жалость!

Ее рука была моей рекой,

моей листвой, тоской моей — такой,

что надо мною коршуном снижалось

в разлуке с нею небо… Упокой

меня, покой разрыва… И тоской

сотри с доски стихи… Какая жалость!