Ну да, самое трудное — это объяснять словами очевидные вещи. Которые нутром чуются, с первого взгляда. Как, скажем, запах.
Книга, перечитанная изменившимся, повзрослевшим человеком — это уже совсем другая история.
Ну да, самое трудное — это объяснять словами очевидные вещи. Которые нутром чуются, с первого взгляда. Как, скажем, запах.
Книга, перечитанная изменившимся, повзрослевшим человеком — это уже совсем другая история.
Как ни крути, а сны обычно куда более причудливы и непредсказуемы, чем жизнь наяву. И в общем неплохо бы заручиться возможностью на них влиять.
Я не люблю долго объяснять очевидные вещи — это раздражает меня и нарушает ход мыслей.
Наконец-то можно с легким сердцем выстроить прочную стену между собой и остальным миром и спокойно уединиться...
Женщины умеют объяснить всё в двух словах, если только не начинают кипятиться, а уж тогда заводят волынку.
К ней еще ни разу в жизни не приставали ни психи, ни маньяки, ни какие-нибудь безобидные кришнаиты или, скажем, свидетели Иеговы. Даже настырные городские попрошайки обходили ее стороной, а это уже ни в какие ворота, впору удивляться: «Что со мной не так?»
Все равно ничего бы у нас не получилось. Такие романы хороши, если вокруг вечное лето, и мама никогда не приедет, а в кармане всегда есть мелочь на мороженое.
Создание объяснений может оказаться более эффективным механизмом обучения, чем их получение.