Steins;Gate

У вселенной есть начало, но нет конца. Безграничность. У звезд тоже есть начало, но они гибнут из-за собственной силы. Ограниченность. Мудрецы глупее всех на свете. История нам это доказала. Рыба, живущая в океане, не знает о мире на суше. Будь она разумна, она бы также погибла. Человек, превысивший скорость света — это еще больший абсурд, чем рыба, начавшая жить на суше. Назовем это последним предупреждением бога для тех кто еще сопротивляется.

0.00

Другие цитаты по теме

Всё происходящее — случайность. Но эта случайность предопределена волей мира. Я не сошёл с ума. Я в полном порядке. Всё, что я сейчас говорю — абсолютная правда, а не глупые фантазии... Неважно, как незначительно выглядит что-то, ведь оно может стать причиной больших перемен в будущем. Ты знаешь что такое эффект бабочки? Если нет — узнай. Пойми, насколько требуется быть осмотрительным. К сожалению, я был безответственным. Если-бы я понял, каким дураком был, то не потерял бы её. И будущее тоже не стало бы таким. Но откуда я мог это знать? Откуда я мог знать, что тогда у меня в руках был важнейший переключатель, с помощью которого можно было изменить судьбу всего человечества? Просто подумай об этом. Восприятие обычного человека ограничено на 99%. Люди гораздо более глупые существа, чем они сами думают. Люди не обращают внимание на происходящее с частью их обычной жизни. А если и замечают, то сразу забывают об этом. Или даже сам мозг игнорирует эту информацию. Я хочу сказать тогдашнему мне: «Не будь таким легкомысленным!» «Не делай ничего, сперва не обдумав!» «Не делай вид, что ничего не произошло!» «Будь внимательнее!» «Рука зловещего заговора протягивается куда дальше, чем ты думаешь, всегда готовая обмануть тебя..!»

Как бы я тогда сказал ей,

В золотистом том окрасе

Умирающего солнца,

Тяжелеющего солнца,

Да беременного солнца

Красотой.

Как бы я тогда сказал ей

Что, пожалуй,

Дальше жить уже не стоит,

Оттого что мне священна

Эта родинка на веке,

И я верю, что не будет

Совершенней

больше

Тел.

Есть актеры понятные, как холодильник,  — от них есть польза, но нет тепла. И загадки в таких актерах нет: их включают — они работают. А есть иные — неясные, как день или как ночь. Но ты вдруг понимаешь, что не наблюдаешь за ними, а живешь в том мире, который они создают.

Светает... Не в силах тоски превозмочь,

Заснуть я не мог в эту бурную ночь.

Чрез реки, и горы, и степи простор

Вас, братья далекие, ищет мой взор.

Что с вами? Дрожите ли вы под дождем

В убогой палатке, прикрывшись плащом,

Вы стонете ль в ранах, томитесь в плену,

Иль пали в бою за родную страну,

И жизнь отлетела от лиц дорогих,

И голос ваш милый навеки затих?..

О господи! лютой пылая враждой,

Два стана давно уж стоят пред тобой;

О помощи молят тебя их уста,

Один за Аллаха, другой за Христа;

Без устали, дружно во имя твое

Работают пушка, и штык, и ружье...

Но, боже! один ты, и вера одна,

Кровавая жертва тебе не нужна.

Яви же борцам негодующий лик,

Скажи им, что мир твой хорош и велик,

И слово забытое братской любви

В сердцах, омраченных враждой, оживи!

Труби же, трубач! Говори о любви,

О том, что включает весь мир, — и мгновенье и вечность.

Любовь — это пульс бытия, наслажденье и мука,

И сердце мужчины и женщины сердце — во власти любви.

Всё в мире связует любовь,

Объемлет и всё поглощает любовь.

Я вижу, вокруг меня теснятся бессмертные тени,

Я чувствую пламя, которым согрет весь мир,

Румянец, и жар, и биенье влюбленных сердец,

И молнии счастья, и вдруг — безмолвие, мрак и желание смерти.

Любовь — это значит весь мир для влюбленных,

Пред ней и пространство и время — ничто.

Любовь — это ночь и день, любовь — это солнце и месяц,

Любовь — это пышный румянец, благоухание жизни.

Нет слов, кроме слов любви, нет мыслей, помимо любви.

Труби, трубач! Заклинай свирепого духа войны!

Цокот высоких каблучков ласкал слух, как и ее манера двигаться, и касалось это не только походки. Вернее походки не касалось совершенно.

Будет дождь идти, стекать с карнизов

и воспоминанья навевать.

Я – как дождь, я весь – железу вызов,

а пройду – ты будешь вспоминать.

Будет дождь стучать о мостовую,

из каменьев слёзы выбивать.

Я – как дождь, я весь – не существую,

а тебе даю существовать.

Один из них был книжным вором. Другой воровал небо.

По твердому гребню сугроба

В твой белых, таинственный дом,

Такие притихшие оба,

В молчании нежном идем.

И слаще всех песен пропетых

Мне этот исполненный сон,

Качание веток задетых

И шпор твоих легоньких звон.