— А ты бы смог? Это всего лишь вопрос. Теоретический. Ты ведь хочешь сделать мир лучше? Ты знаешь, кем был Патита?
— Да.
— И что? Мир стал лучше без него?
— Да.
— Тогда повторю свой вопрос, ты бы смог убить Патиту во имя лучшего мира, во имя светлого будущего?
— Стань я убийцей ради того, чтобы покончить с подонком — мир бы лучше не стал. Он обрел бы нового подонка.
— Зачем мне становится президентом, если мне даже школу нельзя отремонтировать?
— Я не говорю, что нельзя, но не открывай ящичек пока не бросишь кости. Когда свистнешь в поле, тебя преследует эхо — в политике тоже самое.
— Ты хочешь сказать, что я не должен обещать того, чего не могу выполнить?
— Не обещай того, что могут припомнить.
— Я пока просто не готов стать отцом.
— Никто не готов. Это ребенок тебя готовит к тому, что он есть.
— Но я не готов к тем переменам, что принесет отцовство.
— Отцовство ничего не меняет, ты сам меняешь взгляд на жизнь, начинаешь смотреть детскими глазами. Что-то делаешь и думаешь, а чтобы она подумала, чтобы она сказала. Знаешь, почему я все это делаю?
— Чтобы Лусия стала хорошим человеком?
— Лусия и так прекрасный человек. Улучшать надо мир, вот ради чего я все это делаю.
— Это не новое ощущение, я его уже испытывал. Каждый раз в начале выборов я говорю: «Теперь все получится!», но до сих пор всегда было разочарование. Сейчас то же чувство. Мы сумеем.
— Что сумеем?
— Как что? Для чего мы здесь? Чтобы сделать что-то для людей.
— Не так уж плохо. Но почему ты грустишь?
— Боюсь не пережить нового разочарования.
— Подойдет все, что поможет создать образ семьи. Жаль, что у них нет детей.
— Хорошо, что у тебя борода и усы, а то он бы одел на тебя комбинезончик и отправил в кадр.
— Недавно мой шурин увидел как с вертолета прямо в реку скинули женщину. Она плыла, плыла и смогла добраться до берега. Спаслась, потому что умеет плавать. Эта женщина имела знакомое лицо, но была бледна как смерть.
— И?..
— И вдруг приземлилась летающая тарелка из которой вышло четыре инопланетянина! Что значит «и»? Это все, вам что, мало? Женщину выбросили из вертолета! Вас когда-нибудь выкидывали из вертолета? Это уже немало.
— Стой! Не вынуждай меня стрелять!
— Никто не вынуждает тебя стрелять — это решение тебе предстоит сделать самостоятельно и прожить с ним до конца своих дней.
В ту ночь я узнал нечто такое, что для большинства людей остаётся неведомым: убийство – это грех, убийство – это осуждение души на вечные муки, но убийство ещё и работа.
«В мире всякое творенье — книга и изображение... — пробормотал я. — Обозначить что?»
«Этого-то я и не знаю. Но не будем забывать, что существуют знаки, притворяющиеся значищими, а на самом деле лишенные смысла, как тру-ту-ту или тра-та-та...»
«Чудовищно, — вскричал я, — убивать человека, чтобы сказать тра-та-та!»
«Чудовищно, — откликнулся Вильгельм, — убивать человека и чтобы сказать Верую во единого Бога...»
Если за убийство родичей проклинают, что тогда делать отцу, когда один его сын убивает другого?
Cлайд с цитатой