Що ж тут думать, що тужити, що питатися про ціль!
Нині жити, завтра гнити, нині страх, а завтра біль.
Що ж тут думать, що тужити, що питатися про ціль!
Нині жити, завтра гнити, нині страх, а завтра біль.
Боль...
Эти слова возвращаются к тебе,
И боль все увеличивается,
Нельзя исцелить,
Когда ты ранишь человека словами острыми как нож...
Я никогда не думала об этом.
Обидчику бывает тоже больно...
Но люди глупы, пытки не действуют. Под пыткой человек скажет что угодно, лишь бы остановить боль.
Не в моих правилах сдаваться, но, похоже, пришло время... Порой нам приходится принимать решения сквозь боль, чувствовать себя разбитыми и опустошенными, и поступать не так, как хочешь, а как нужно.
Душа летела над лужами,
Но не апрель, я простужен был.
Твоим смертельным оружием
Видимо, сам я себя убил.
Моя боль сказала мне: «Ты не человек. Тебя нельзя и близко подпускать к другим людям. Ты — грустное и ни на что не похожее животное».
Она любит жёсткий секс, боится нежности,
Никому её тело не клянется в верности.
Ходит в кино одна и никогда не плачет,
Для неё слово «люблю» ничего не значит.
Она всё чаще запрещает себе мечтать,
Звонит подругам всё реже — ей нечего сказать.
Слова и ласки совсем потеряли святость,
Его звонки давно уже не в радость.
Она мечтает раствориться в звездном небе,
Она мечтает стать свободной, как летний ветер,
Её тошнит от женских пустых разговоров,
От этих нескончаемых, лицемерных споров.
Со своими проблемами с собой наедине,
Постель, снотворное, спасение во сне,
На дне сердца, храня обиду и тоску,
Сжимает кулаки и повторяет: «Я смогу!»
Нет ничего более обжигающего, более невыносимого, трагичного и одновременно безнадёжного, чем недосказанность, неясность и страх, приправленные отсутствием возможности рассказать обо всем.