Филипп Анатольевич Бледный

Хочется взмыть ввысь, к небесам, подальше от земли, забот и суеты... в чреве железной птицы, что так уверенно чувствует себя там, где мы совсем чужие...

Там, за облаками всегда светит Солнце, яркое, любвеобильное! Ему все равно, кто ты, сколько тебе лет, какую Веру ты исповедуешь, сколько зарабатываешь и кем хочешь стать, есть ли у тебя дети или нет, спортивный ли ты или уплетаешь за обе щеки... ему все равно... оно пылает, даря свой свет и тепло, отдавая то, что дарит нам самое главное — Жизнь!!! Ничего не прося взамен... думаю, это и есть Любовь... безграничная, планетарного масштаба, неимоверно мощная и практически неисчерпаемая...

0.00

Другие цитаты по теме

Жизнь в городах приучает смотреть разве что себе под ноги. О том, что на свете бывает небо, никто и не вспомнит...

В детстве я любил смотреть на небо. На дневное небо с бегущими по нему облаками, которые жили собственной жизнью, меняясь на глазах, и безмятежно ползли одной им известной дорогой. Иногда мне казалось – точнее, я хотел верить – что символы, которые я угадываю в очертаниях того или иного облака, являются знаками, посланными мне с небес. Это было захватывающе. Но больше всего я любил звездное небо. Бескрайнюю тьму за окном, тихой ночью, когда весь город спит, а ты таращишься на далекие точки, которые пробуждают что-то смутное, неясное, но безумно волнующее в душе.

А когда я вырос, то перестал смотреть на небо.

Как и все, я стал смотреть вниз, на мусор и грязь.

Небо на всех одно, а небеса у всех разные.

А я упускаю время,

Пока выбираю крыши.

А мне бы считать ступени,

А мне бы тянуться выше.

Мне в жизни хватает света,

Мне в жизни хватает неба.

Осталось набраться цвета,

Да распуститься к лету.

Вначале времен небеса были полны летающими слонами.

Каждую ночь они ложились в одном и том же месте неба. И смотрели сны с одним открытым глазом. Когда вглядываешься ночью в звездное небо, ты смотришь в немигающие глаза слонов, что спят с одним открытым глазом.

Чтобы лучше приглядывать за нами.

Я знаю — Небо, как шатер,

Свернут когда-нибудь,

Погрузят в цирковой фургон

И тихо тронут в путь.

Ни перестука молотков,

Ни скрежета гвоздей -

Уехал цирк — и где теперь

Он радует людей?

И то, что увлекало нас

И тешило вчера -

Арены освещенный круг,

И блеск, и мишура, -

Развеялись и унеслись,

Исчезли без следа -

Как птиц осенний караван,

Как облаков гряда.

Солнце зашло,

Облака изорваны в клочья,

И луны еще нет!

О вечернее небо,

Как похоже ты на меня!

И теперь, в верхнее запылённое, с прошлого лета не протиравшееся окно было видно очень странное и красивое небо: на первый взгляд оно казалось молочно-серым, дымчатым, а когда смотреть дольше — в нем начинала проступать синева, оно начинало голубеть все глубже, все ярче, все беспредельнее. И то, что оно не открывалось все сразу, а целомудренно таилось в дымке прозрачных облаков, делало его милым, как девушку, которую любишь.