Ты не можешь быть мертвой! Я собирался убить тебя!
— Ты напомнила мне моего сына.
— Но ты ведь говорил, что никто не будет плакать по тебе.
— Мёртвые не плачут.
Ты не можешь быть мертвой! Я собирался убить тебя!
— Ты напомнила мне моего сына.
— Но ты ведь говорил, что никто не будет плакать по тебе.
— Мёртвые не плачут.
— Ты знаешь, что тоже можешь погибнуть...
— Не беспокойся. Никто не будет плакать на моей могиле.
— Happy birthday to you. Happy birthday to you. Happy birthday dear... Oh, I forgot your name.
— Who are you?
— Oh, okay, thanks. Happy birthday dear «Hooaryou». Happy birthday to you.
— C днем рождения тебя. С днем рождения тебя. С днем рождения, дорогая... Ой, забыл твое имя.
— Кто ты?
— А, спасибо. С днем рождения, дорогая «Ктоты», с днем рождения тебя.
Я просто хочу сделать что-то особенное. Как мой отец. Только без той части, где он умирает.
Смерть есть только один шаг в нашем непрерывном развитии. Таким же шагом было и наше рождение, с той лишь разницей, что рождение есть смерть для одной формы бытия, смерть есть рождение в другую форму бытия.
Санса сидела, сложив на коленях руки, и наблюдала за происходящим со странным интересом. Она ещё не видела смерти. Санса подумала, что ей следовало бы заплакать, но слёзы не шли. Наверное, она израсходовала весь свой запас на Леди и Брана. Конечно, будь это Джори, сир Родрик или отец, она отреагировала бы иначе, сказала она себе. Молодой рыцарь в синем плаще ничего не значил для неё, так, какой-то незнакомец из Долины Аррен, чьё имя она забыла сразу, как только услыхала его. Мир тоже забудет его, поняла Санса. Песен о нём не споют.
Кто-то когда-то сказал, что смерть — не величайшая потеря в жизни. Величайшая потеря — это то, что умирает в нас, когда мы живем...