Да, мир – уязвимое место. И да, мы приложили к этому руку. Но лучше нас никто не способен защитить его.
— Если позовёшь куда-нибудь Кристин из статистики, она тебе точно не откажет.
— Потому и не зову.
Да, мир – уязвимое место. И да, мы приложили к этому руку. Но лучше нас никто не способен защитить его.
— Если позовёшь куда-нибудь Кристин из статистики, она тебе точно не откажет.
— Потому и не зову.
— Выглядишь как человек. Напугано, беспомощно, жалко.. ничтожно.
— Мы не сильно отличаемся от них.
— Да брось. Мы то — чем они желают быть. Блондинки, белые. А риски — идеал.
— Я не такая, как ты. Я не считаю себя лучше других.
— А стоит. Так и есть. Для них, ты — богиня. И жить могла бы также.
— Как ты?
— Да! Как я. Им нужно кому-то поклоняться, тому, кто будет их вести.
— Да какой ты лидер? Ты — тиран.
— Да. Правда. Они — насекомые, Кара.
— Они не должны бояться наших сил. Они должны полагаться на нас, когда это нужно.
— Избавь меня от чуши про добрых самаритян.
— Я не стану эксплуатировать других, лишь потому что могу.
— Защищая слабых, ты не сделаешь мир лучше. Для этого, от них нужно избавляться. Какая же ты правда жалкая.
— А как тебе медсестра, что живёт напротив? Она вроде ничего.
— Зачисти машинное отделение, а потом ищи мне пару.
— Я мультизадачная.
— Знаешь... Правда — вещь субъективная. Все видят ее по-разному, как и меня... Это удобно.
— Тяжко так жить.
— Это способ не умереть...
Если бы я мог, то, наверное, укрыл бы её в своих ладонях и никогда больше не выпускал в этот жестокий мир.
— Ах, пять лет назад, схлопотал я инфаркт. Грохнулся наземь прямо с клюшкой в руке. Как оказалось, то был мой звёздный раунд. Ведь после тринадцати часов операции тройного шунтирования, я обрел то, чего не дали мне сорок лет армейской службы — понимание. Мир перед Мстителями в неоплатном долгу, ведь сражались за нас, защищали нас, рискуя собой. Народ, по большей части видит в вас героев. Но есть и те, для кого, вы скорее линчеватели.
— А к кому бы нас отнёс гос-секретарь?
— Пожалуй, к угрозам. Как назвать группу лиц, обладающих чудовищной силой, не признающих суверенность государственных границ и никому не подчиняющихся? И, что самое главное, признаемся, чихать они хотели на возможные последствия. Нью-Йорк. Далее Вашингтон. Заковия. Лагос.
— А как тебе медсестра, что живёт напротив? Она вроде ничего.
— Зачисти машинное отделение, а потом ищи мне пару.
— Я мультизадачная.