От ума боль душевная, от глупости — физическая.
Это было глупо. Слепая ярость. Слепой гнев. Я просто хотел заглушить боль.
От ума боль душевная, от глупости — физическая.
Даа! Я нашёл объяснение этой ситуации! Просто это совершенно новая модель велосипеда... с автопилотом. Турбо-байк мега 3000 fx pro limited 512Мб! С такими способностями мне только названия для видеокарт придумывать!
Вам часто слышится не то, что вам говорят на самом деле? Это всё проделки подсознания. Просто каждый человек слышит то, что хочет услышать.
Брать интервью у пьяного человека — это всё равно что спросить у собаки валентность магния. Она полает, но ничего конкретного вы не услышите.
В нашей стране есть такая традиция — хранить в гараже всё подряд. Всё, кроме машин, разумеется.
Грех — причинять людям боль без необходимости. Все прочие грехи являются надуманной чушью. Причинять же боль самому себе не грех, а глупость.
В этом мире не принято обнажать свои раны, это мир, где о горе полагается говорить понизив голос и отводя глаза. Если вообще говорить о нем, если горе не погребено так глубоко, что уже не докопаешься.
— Ты помнишь, как я приходил. У меня был какой-то тайный план? Разве я собирался неожиданно напасть?
— Даже не знаю, может, мне нравятся твои мольбы?
— Дело не в этом. Думаю, ты меня слышишь. Я всё ещё там. Я спрятан глубоко, за шрамами и болью. Эта часть тебя чувствует себя одинокой. Но она также знает, какого это — иметь семью. Иметь друзей. Ты можешь вернуть всё это. Мы можем избавить друг друга от боли. Помню, когда мне было шесть, я умолял маму и папу сводить меня на научную выставку. И вот, на просёлочной дороге, нам спустило шину. Запаски нет. Нас отбуксировали в крошечный городок. И конечно, мы застряли там на весь день. Мы купили мороженое, картошку-фри с соусом в небольшой закусочной. А после, вечером, мы смотрели на местный фейерверк. День все же оказался отличным. Это мое любимое воспоминание о маме и папе. Как назвался этот город?
— Мейсон-Вилл.
— Я всё ещё там. Вернись.
Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене,
И я вижу свежие шрамы на гладкой, как бархат, спине.
Мне хочется плакать от боли или забыться во сне...