— Господа, вы же серость! Вы же серость, господа! Я же хотел красиво. Я же как Пабло. Ренуар!
— Пабло и есть!
— Господа, вы же серость! Вы же серость, господа! Я же хотел красиво. Я же как Пабло. Ренуар!
— Пабло и есть!
Две бутылки мадам «вдовы» и ее Клико в 317 номер, клубнику уберите — она не свежая, омаров не надо, мама приглашай всех и «Золотится роза чайная, как бокал вина...»
— Люська, сходи в магазин — купи торт.
— Так сладкое ж портит фигуру!
— Папа, я вас умоляю, нашу фигуру уже ничто не испортит!
Художнику следует заботиться не о том, чтобы творение его было признано, а о том, чтобы оно достойно было признания.
У слабоумных, невротиков, преступников, а также, вероятно, художников есть нечто общее — непредсказуемость, извращенная невинность.
Искусство – это не общность целей и не благородная миссия. Это выражение души художника, его индивидуальности, его титанического стремления возвыситься над обыденностью, сказать новое слово, извлечь неожиданный, загадочный, яркий самородок из-под смутных наслоений нашего бытия, заметить бесконечное в повседневном – настоящее искусство снисходит на нас как счастливое откровение, воспламеняет всё наше существо!
Лишь после долгих лет подготовки молодой художник имеет право обратиться к Цвету. К Цвету, конечно, не как средству внешнего описания, а как средству Духовного выражения.
Сегодня снова в моде
Смотреть одно и то же,
Вокруг лениво бродят
Силуэты прохожих.
Скучающие лица,
Большие расстояния,
Мне надо удалиться,
До свидания -
Я запутался,
Очень хочется,
Навсегда прогнать свое
Одиночество.
Нет более безнадёжного занятия, чем рисовать пустоту, нет ничего труднее, чем живописать однообразие.
Живите в доме — и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нём.
Вот почему со мною ваши дети
И жены ваши за одним столом -
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподнимаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошёл, как сквозь Урал.