Юная / Молодая (Younger)

Другие цитаты по теме

— Я немного аутист и поэтому меня так возмущают ваши духи. Ну не возмущают, они просто тошнотворны.

— Прошу прощения?

— Определенно воняет как из задницы бобра.

— Что?

— Запах бобрового мускуса — этот ингредиент часто добавляют в духи.

— Это же «Givenchy».

— Сказал бобер себе под хвост.

— Мы не потерпим насилия на территории фестиваля.

— А насилие над ушами музыкой — не в счет?

— Мне нельзя отвлекаться, сегодня работа. Для меня это хорошая возможность.

— Правда? А что за книга?

— Называется «Новые трюки» — о сексуальном пробуждении женщины после сорока.

— Значит, тебе сорок, ты притворяешься, что тебе двадцать шесть и ты пишешь от имени сорокалетней?

Про библиотеку слышали? Там полно штук под названием книги. Если читать их время от времени — можно найти ответы.

Мир прекрасно обошёлся бы без литературы; ещё лучше он обошёлся бы без человека.

— Чак, если ты собираешься издавать книги и дальше, мы не станем возражать.

— Ух ты! Правда?

— Нет. Мы вооружены и очень опасны.

(— Чувак, если ты собираешься издавать фанфики и дальше, мы не станем возражать.

— Ух ты! Правда?

— Нет. Мы вооружены и везде тебя найдем.)

Геббельс говорил, а книги жгли, Хрущев говорил, а книги жгли, Сталин говорил, а книги жгли, Брежнев говорил, а Черных был отправлен в психушку, Лец и Зощенко были запрещены, и Ю. Домбровский был убит. Страницы с упоминанием генерал-лейтенанта Смушкевича и Мейерхольда были либо вырваны, либо подлежали заклеиванию. М. А. Булгаков: «в печку его... переписку с этим, с Каутским».

В советских литературных журналах были правила: полная бездарность нерентабельна, талант настораживает, гениальность вызывает ужас. Наиболее ходкая валюта — умеренные литературные способности.

— Похоже, кто-то вчера перебрал с весельем, да?

— Не совсем.

— Боже мой! Что случилось?

— В вышибалу поиграли. Зачем вообще взрослые играют в детские игры? Нельзя бросаться мячами в лицо со взрослой силой!

Он Алексей, но... Николаич

Он Николаич, но не Лев,

Он граф, но, честь и стыд презрев,

На псарне стал Подлай Подлаич.