And I love you more than I did before.
And then today I don't see your face...
Nothing's changed, no one could take your place.
It gets harder every day.
And I love you more than I did before.
And then today I don't see your face...
Nothing's changed, no one could take your place.
It gets harder every day.
Эта грустная мелодия напоминает о тебе, от того невольно текут слёзы.
Запах твоего одеколона — сладкое преступление.
Ненавижу тебя, но при этом так сильно люблю.
— Рюмин, ты зачем ко мне переехал?
— Ну как, чтобы научиться забивать гвозди в стену, раньше я всегда скотчем обходился...
— Смешно. А если попробовать серьёзно и честно — ты собираешься строить нормальные, семейные отношения?
— А мне кажется, у нас и так всё нормально.
— Видишь ли, Рюмин, любые отношения... они должны развиваться, если этого не происходит — они прекращаются.
— Ты ещё забыла добавить, что у меня нет чувства ответственности.
— У тебя нет чувства ответственности.
Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня...
Мне на плечи кидается век-волкодав,
Но не волк я по крови своей,
Запихай меня лучше, как шапку, в рукав
Жаркой шубы сибирских степей.
Многие думают, что их время еще не пришло — а время незаметно и безвозвратно уже ушло!
Though I can't know for sure how things worked out for us.
No matter how hard it gets, you have to realize:
We weren't put on this earth to suffer and cry,
We were made for being happy.
So be happy — for me, for you.
Please.